Подождав, пока, строго следуя неписаному табелю о рангах, авторитеты Семьи один за другим покинули кабинет, Адриатика откашлялся, выражая готовность выслушать конфиденциальные распоряжения Папы Джанфранко.
Тот молча уперся кулаками в стол и, не глядя на собеседника, буркнул:
— Вся эта свара затеялась не ко времени. Постарайся наладить контакт с Адвокатом. Пусть тот вразумит Маноло. Надо спускать дело на тормозах, пока все не зашло слишком далеко…
— Немедленно займусь этим, шеф, — заверил Папу Фай. — У меня тоже есть новости.
— Ну и какие же?
— Трюкач выходил на связь. Просил передать, что у них все будет готово завтра. Шишел назначает финальную встречу.
Папа был не на шутку потрясен услышанным.
— Странно, ей-богу, — задумчиво сказал он, извлекая из резного ларца новую сигару. — Я-то думал, что они меньше чем за год не управятся… Так когда и где?
— Завтра в шестнадцать ноль-ноль, на десятом этаже Пугачевского центра. У лифта.
Шишел выслушал доклад Гарика и принялся расхаживать взад-вперед по своему чердачному гнезду. Ему приходилось выполнять самую нелюбимую им работу — ждать. Вот сейчас — ждать встречи с этим непонятным Клайдом. Потом — сигнала от господина профессора. Потом…
Он снова усадил себя за терминал и снова вызвал на экран текст, который чем-то манил его, обещал дать заглянуть в то, что еще только ждет его, — дневники проклятого адмирала. А тот писал:
