И мысленно возвращаюсь назад в прошлое. Может, надо было поступить иначе?
Стою перед зеркалом, застегивая пуговицы на рубашке. Заправляю ее в брюки и надеваю галстук, после чего пиджак. В последнее время даже отражение собственное бесит. А все вокруг просто раздражают.
Сегодня выпускной, будь он не ладен. Никакого желания туда переться и выслушивать напускные поздравительные речи нет. Но подобным поведением обижу маму, она так долго готовилась и переживала за меня. Стискиваю сильнее зубы и застегиваю последнюю пуговицу на пиджаке.
— Боже, сынок, какой ты красивый! — мама выходит из зала в коридор, где я продолжаю стоять перед зеркалом. — Как быстро вырос, — протягивает ко мне руку.
— Мам, не начинай, — уворачиваюсь от объятий, направляясь к себе в комнату.
— Антон, — слышу в спину. — Зачем ты так?
Молчу в ответ, стоя на пороге, после чего делаю шаг вперед и захлопываю дверь. Достали все, видеть никого не хочу.
Экзамены сдавал на автомате — да и кто меня завалит, если отец договорился с директрисой. Не было никакого желания даже идти туда, не то, что еще писать дурацкие тесты.
После последнего звонка, когда две десятиклассницы зарядили мне в глаз, Аню больше не видел. Несколько раз ходил к ее дому, сидя на лавочке возле соседнего подъезда в надежде, что девушка выйдет, и мы сможем с ней поговорить.
Но мое сидение не дало результатов. Уже даже подумывал сходить к ней домой — но останавливало меня желание Ани, чтобы ее мама о нас пока не знала. Уверен, что разговор будет происходить на повышенных тонах, а у девушки потом из-за меня могут быть проблемы.
— Я дома, — слышу голос отца и звук закрываемой входной двери. — Есть кто живой? — пауза. — Люда, что случилось? — уже удивленный возглас.
— Володя, сделай с ним что-нибудь, — всхлипы мамы, и я чувствую себя последним негодяем. Ну, вот почему не сдержался? Зачем так грубо с ней себя повел?
— Что он опять натворил? — громкий голос отца, но слов матери разобрать не могу.
Делаю глубокий вдох, затем выдох, и выхожу из комнаты в коридор.
Отец стоит возле порога и обнимает плачущую маму. Наши взгляды встречаются, но я не собираюсь сдаваться. По крайней мере, попробую — раньше не было возможности из-за постоянных разъездов одного из ведущих хирургов страны. Везде он нужен. Только почему-то мой папа забыл, что у него есть семья, которая тоже хочет его внимания.
— Нам надо поговорить, — первым прерываю немое молчание и пристальные взгляды друг на друга.
Мама поднимает голову, глядя на меня, а я первым направляюсь в зал. Становлюсь возле окна, засовывая руки в карманы, и наблюдаю, как родители усаживаются на диван, не сводя с меня своих удивленных взглядов.
— Слушаю тебя, сынок, внимательно, — начинает отец первым.
Собираюсь с мыслями, чтобы доходчивее ему донести свой порыв. Провожу рукой сначала по волосам, затем опускаю ее на лицо.
— Я хочу остаться на учебу здесь, — впиваюсь взглядом в своего родителя. Мама смотрит удивленно на меня, а потом тоже поворачивается в сторону отца.
— Объясни почему, — спокойно отвечает тот. Но за его сдержанностью вижу, что нервничает. И готов сорваться и наброситься на меня за любое неаккуратно брошенное слово. И я решаюсь.
— Дело в том, что у меня есть девушка, — отец фыркает, а мама округляет глаза.
— Ты не говорил нам, сынок, — произносит она спокойно.
— Я люблю ее, — продолжаю, начиная закипать, так как на лице отца уже желваки ходят ходуном. — И обещал ей, что останусь. Для меня это очень важно. И я…
— Хватит, — взрывается отец, вскакивая с дивана. — Какого хрена, сын, вот объясни мне так, — машет рукой возле уха, — чтобы я тебя услышал. Ну? — произносит после небольшой паузы.
— Ты сам меня учил, — цежу сквозь зубы, тяжело дыша, — что за свои слова надо отвечать.
— Учил, — кивает головой отец, начиная ходить по комнате. — Но только обещания надо давать такие, которые ты реально можешь выполнить. Мы же обо всем договорились. Да и я уже в твоем институте тоже все уладил — никаких проблем с поступлением не возникнет. Через годик, другой меня переведут в Москву. Да я и так дома бываю редко, так что не вижу проблемы.
— Вот именно, редко, — теперь закипаю я.
— Сынок, — пытается вставить мама.
— Подожди, — отмахиваюсь от нее. — Ты забыл, — смотрю отцу в глаза, — что у тебя есть семья. И что у нас тоже есть какие-то желания и планы на будущее. Все должны подстраиваться только под тебя. Когда мы с тобой последний раз говорили по душам, а? — отец молчит, а я продолжаю: — Не помнишь? Так и я, папа, не помню. Ты все решил за меня и за маму.
