— Правда, — кивнул тот на вопрос друга. — Вот только они сдавали СОВ как и положено — в конце пятого курса. И оценки у них отнюдь не везде были хорошие. Так что не сравнивай, — поморщившись, сказал Рон.
— Как скажешь, — усмехнувшись, сказал я и открыл дверь купе, приглашая девочек зайти, ведь мы уже закончили переодеваться.
Вот кстати интересный момент: в оригинальной истории было известно трое человек, которые сдали все двенадцать СОВ. Это были Перси и Билл Уизли, которых я уже назвал, а также Барти Крауч младший. Вопрос: как? Как у них получилось изучить всё необходимое?
Барти ещё ладно — с помощью отца мог получить маховик времени, чтобы лучше учиться. Но что касается Уизли? Ведь время проведения некоторых дополнительных предметов пересекается друг с другом, это понятно ещё из оригинальной третьей части. Неужели талант на пару с трудолюбием? Тратили ли они абсолютно всё (или практически всё) своё свободное время на учёбу? Непонятно.
Хотя нет, даже с Барти непонятно. Гермиона пыталась изучать все пять дополнительных предметов и едва продержалась год, чуть не поехав крышей, а она, между прочим, гениальная волшебница с чудовищной обучаемостью! Надо будет попробовать разобраться. Впрочем, эта задача будет даже не вторичной.
«Мы подъезжаем к Хогвартсу через пять минут, — разнёсся по вагонам громкий голос машиниста. — Пожалуйста, оставьте ваш багаж в поезде, его доставят в школу отдельно».
— Как вовремя, — прокомментировал я. — Ну что, готовы стать студентами Хогвартса? — тепло улыбнувшись, обратился я к будущим первокурсницам, на чьих личиках было волнение.
— … — молчаливые кивки были мне ответом.
Поезд начал замедлять ход, и отовсюду стали долетать обычные для данной ситуации звуки: ученики брали свои вещи и живность, готовились к выходу. Мелкими шажками мы вышли в коридор и, уже ощущая свежесть вечернего воздуха, медленно двинулись вместе с толпой к двери вагона, попутно отвечая на приветствия встречающихся учеников.
Наконец выйдя на перрон, я глубоко вдохнул, почувствовав запах сосен, росших вдоль дорожки, которая вела к озеру.
— Первокурсники! Все сюда! — раздался громкий голос нашего лесника.
Качаясь, приблизился фонарь, в свете которого мы увидели лицо полувеликана. Встретившись с глазами с нашей компанией, он довольно заулыбался и приветственно кивнул.
— Удачи, Луна/Джинни! — сказали мы с Роном, обнимая сестёр.
Распрощавшись, мы двинулись по перрону, а потом прошли через здание вокзала. Выйдя на обочину тёмной, мокрой от дождя дороги, которая шла мимо станции Хогсмид, мы оказались рядом с каретами, которые для многих казались безлошадными.
Фестралы — это громадные вороные крылатые кони, больше похожие на скелет, обтянутый гладкой шелковистой кожей. Морда фестрала напоминает драконью, на ней расположены большие широко открытые белые светящиеся глаза без зрачков. У фестрала острые клыки, которыми он наверняка с лёгкостью отрывает куски мяса от туши. Огромные крылья даже на вид мощные. Они кожистые и перепончатые, напоминают крылья летучей мыши, а хвост длинный и чёрный. Грива длинная, чёрная и шелковистая, за неё можно ухватиться в полёте.
Вот такие существа были запряжены в кареты. Они стояли совершенно неподвижно и беззвучно. Во мраке эти существа выглядели довольно зловеще.
— На что смотришь? — спросил, Рон, похлопав меня по плечу и выдёргивая из собственных мыслей.
— На фестралов, — односложно ответил я, почёсывая подбородок и думая над тем, каковы фестралы на вкус.
— На кого? — недоумённо похлопав глазами, переглянулись друг с другом мои приятели.
— Если кратко, то это чёрные скелетообразные лошади с крыльями, как у летучих мышей, невидимые для всех тех, кто никогда по-настоящему не соприкасался со смертью. Они имеют весьма мрачную репутацию — по мнению многих волшебников фестралы очень несчастны и приносят разные ужасные несчастья всем, кто их увидел.
— … — друзья на меня сейчас так посмотрели, что мне на мгновение показалось, будто меня вот прям сейчас утащат на другой конец планеты и запрут в какой-нибудь бункер ради моей собственной безопасности. Что примечательно, даже на секунду не усомнились в их существовании.
— Впрочем, это всего лишь суеверие. Характер у них добрый и нежный. Весьма преданные животные. На человека могут напасть только если этот самый человек очень сильно постарается. Те же гиппогрифы намного более опасные в сравнении с ними.
— Фух… — с облегчением вздохнули ребята.
— Значит… Ты их… Видишь, верно? — медленно и осторожно произнесла Гермиона, очевидно, зацепившись за условие, необходимое для того, чтобы их видеть.
— Да, — криво улыбнувшись, ответил я, подходя ближе к одному из коней.
Положив руку на шею, я начал гладить гриву коня. Эх… Найти бы какого-нибудь дикого фестрала, чтобы съесть и подробно разобрать их возможности. Не поднимется у меня рука на этих.
— …Квиррелл? — тихо спросил Гарри, подойдя ближе и осторожно протягивая руку вперёд, пока не наткнулся ей на тушу коня.
