Да уж… Местами довольно сумбурно, непоследовательно, но это ладно, голова была слишком забита, чтобы думать что и в каком порядке писать. Хорошо уже то, что ничего излишне странного и компрометирующего не написал… Вроде. Да, всё либо общедоступно, либо рассказано Дамблдором, а остальное додумывается на основе совокупности этого.
— Что ж… Думаю стоит вернуться к этому разговору позднее. Мне нужно подумать. Вам, как мне кажется, тоже. Я прав, директор?
— М…? Да… Конечно… Ступай, мой мальчик… — задумчиво пробормотал Альбус, рассматривая пару крестражей, а также свою палочку (Бузинную) и меч Гриффиндора. Причём при взгляде на последние два предмета в его глазах читалась некоторая настороженность и даже опаска. Похоже, мою теорию о том, что из кусков души можно сделать не только крестражи, но и иные виды артефактов и даже создать древнюю магию, он воспринял всерьёз.
Не зря ли я поделился этим с ним? Отнюдь. Среди известных мне волшебников, Дамблдор — единственный, кто имеет достаточно знаний и навыков, чтобы подтвердить или опровергнуть мою теорию. Возможно ещё Волан-де-Морт смог бы, но это не факт, да и обращаться к нему я в любом случае не стал бы. У меня такие знания и навыки точно появятся (если не помру раньше), но это будет очень не скоро. Если я окажусь прав, то… Можно будет попробовать создать свою древнюю магию. Было бы весьма неплохо получить защиту от непростительных. Наверно с учётом обстоятельств (если они подтвердятся) стоит дать этой магии другое название, а то древность моей магии будет весьма сомнительна. Ещё, как вариант, можно по принципу Бузинной палочки развить мою собственную. Если учесть, что она уже уникальна, мне даже страшно представить возможный результат. А ещё…
Хлоп!
— Стоп, Льюис… Успокойся… — пробормотал я себе под нос после сделанной самому себе отрезвляющей пощёчины. Я уже вышел из директорской башни и шёл по пустым коридорам. — Сначала пусть директор исследует эту тему, а потом буду развивать свою теорию и строить на её основе новые планы. А пока… К чёрту! Всеми этими исследованиями можно будет заняться и в мирное время, когда я окончательно избавлюсь от Волан-де-Морта, а это сейчас важнее. К тому же наверняка это займёт просто уйму времени, которого сейчас у меня просто напросто нет. Даже на нормальный отдых. И блин, опять я разговариваю вслух сам с собой! Вроде ведь уже давно избавился от этой дурацкой привычки… — пробормотал я в конце, устало потерев виски.
Чёрт, из-за этой внезапно проскочившей в голове идеи разговор ушёл вообще не туда, куда я планировал! Впрочем, негативных последствий у подобного быть не должно. И остальные вопросы стоит оставить на другой раз. Мне нужно обдумать свою теорию и оформить её в более надлежащем виде, а также доработать некоторые моменты. Дамблдору тоже есть над чем поразмыслить. Заодно подумаю над новыми вопросами и от том, как лучше направить Дамблдора к крестражам.
— Профессор Локхарт…
— Да, Льюис? — живо поинтересовался мой собеседник.
Сегодня были очередные посиделки за прослушиванием историй о «похождениях» Гилдероя. Обработка банальной лестью (и не очень банальными зельями) продолжалась. Точнее, уже подходила к концу, если судить по моим наблюдениям. Наиболее сокровенные тайны он мне открывать не станет (по крайней мере во всех нелицеприятных подробностях), но прислушиваться ко мне будет. Следовательно, можно приступать к следующему этапу плана на этого писаку.
— Скажите, а почему вы решили прийти преподавать в Хогвартс? — с вежливым интересом посмотрел я на него. — Всё же ваши приключения куда более интересные и захватывающие, — добавить капельку лести лишним не будет.
