Впрочем, Хагрид этого не замечал. Судя по всему он вообще забыл обо всём, в том числе и об обязанностях лесника, и если и выходил из хижины, то только за продовольствием для своего подопечного. По полу хижины, заваленному птичьими перьями, перекатывались пустые бутылки из-под бренди.
— Я ему имя придумал — Норберт, — Хагрид смотрел на дракона влюблёнными глазами. — Он меня уже знает… Смотрите, вот. Норберт! Норберт! Где твоя мамочка?
— Он рехнулся, — прошептал Рон, наклонившись к нам.
— Хагрид, — громко позвал Гарри. — Ещё две недели, и Норберт не будет помещаться в твоей хижине.
Хагрид закусил губу.
— Я… Я ж понимаю, что навсегда его здесь оставить не могу, но и бросить его не могу… Нельзя так.
— Хагрид, может всё-таки отправим Норберта к Чарли в Румынию? — осторожно спросила Гермиона. Не первый раз уже мы задаём ему этот вопрос.
— Да, Чарли наверняка сможет о нём позаботиться, а когда Норберт вырастет, он отпустит его на волю! — поддержал идею Рон.
Идея Хагриду не нравилась, но…
— Эх… Ладно… — но сегодня мы всё же добились его согласия. Этим же вечером Рон отправил своему брату сову.
Ответа ждать пришлось неделю. Была среда. Все ушли спать, а мы с Гарри и Гермионой сидели в общей гостиной, дожидаясь Рона. На часах было уже двенадцать, когда прозвучал шорох, вслед за которым из ниоткуда появился Рон, сбросивший с себя мантию-неведимку. Сегодня была его очередь помогать Хагриду кормить Норберта, который теперь десятками поедал дохлых крыс. Эх… Жаль, что Питер пока нужен живым, а то я бы его тушку в теле крысы подкинул бы туда.
— Он меня чуть не укусил! — пожаловался Рон, усаживаясь в кресло. — Едва успел руку одёрнуть. Если честно, более жуткого зверя, чем дракон, я в жизни не видел, за исключением Льюиса, — последнее он произнёс с озорной усмешкой, заставив нас всех хохотнуть. — А вы с Хагридом с ним возитесь так, словно это маленький пушистый кролик, — выдвинул он мне обвинения. А я что? Я ничего, я чаёк пью.
Внезапно раздался стук по окну.
— Это Букля! — воскликнул Гарри, кидаясь к окну, чтобы впустить сову. — Она принесла ответ.
Он разложил письмо на столе и мы склонились над ним.
Мы задумчиво переглянулись.
— У меня есть моя мантия-невидимка, — медленно произнёс Гарри. — Думаю, она вполне сможет спрятать Норберта и ещё двух из нас — так что всё получится.
— Отлично. Тогда вы с Роном будете нести Норберта, я буду разведывать обстановку пока мы будем туда добираться, пока не заберут дракона и пока будем возвращаться. Заодно приготовлю снотворное для Норберта, а то боюсь, если он будет бодрствовать, проблем не оберёмся, — проговорил я.
— А оно подействует? Всё же он дракон? — сомневающимся тоном спросила Герми.
— Не волнуйся, он ещё даже не на половине пути к взрослению, так что подействует, — заверил я её.
— Тогда я поищу кратчайший путь от Хагрида к башне, — решил Рон.
— Значит завтра… — взглянув на часы, тут же поправился я. — То есть уже сегодня начнём подготовку. А сейчас — спать!
Когда пришел момент прощания с Норбертом, Гарри и Рон наверняка посочувствовали бы Хагриду, если бы так не беспокоились за успех операции. Ночь была темной и облачной, но мы уже немного опаздывали, потому что пришлось отвлекать Пивза.
Хагрид уже упаковал Норберта в огромный деревянный ящик.
— Я там ему кучу крыс запихнул и бренди тоже приготовил, чтоб не проголодался по пути, — произнес Хагрид приглушенным голосом. — Я ему ещё туда плюшевого мишку положил, чтоб он по дороге не скучал.
Из ящика доносились странные звуки, казалось, что как раз в этот момент плюшевому мишке отрывали голову.
— Прощай, Норберт! — срывающимся голосом выдавил из себя Хагрид. — Мамочка никогда тебя не забудет!
Гарри и Рон встали по обе стороны ящика и набросили на себя мантию.
