– Нет. Если бы я хотел, чтобы ты проводила со мной время, то просто связал бы тебя и запер в своей комнате, как покорного зверька. – Он наклоняется ближе, и я замечаю, что в его глазах пылает огонь похоти: – Я бы сорвал с тебя одежду и заставил стоять на коленях у моих ног, пока сам занимаюсь домашним заданием. Я бы заткнул тебе рот кляпом и связал запястья за спиной. Возможно, я бы даже воспользовался вибратором, чтобы посмотреть, как сильно ты будешь извиваться и как далеко я смогу зайти, прежде чем ты начнешь умолять о большем.
Не потому, что не ожидала, что Майлз Уайтшоу знает столько пошлых слов. И уж точно не потому, что его слова вызывают у меня какие-то необычные физические ощущения. А потому, что он, кажется, не в своем уме, и, возможно, я тоже.
– Я склоню перед тобой колени только перед смертью, – с трудом произношу я.
Он пожимает плечами, выпрямляется и полностью сосредоточивается на своем мольберте.
– Если хочешь, детка, мы можем сымитировать твою смерть, но ты ни за что не покинешь этот мир раньше меня.
Я вздрагиваю, чувствуя, как начинает пульсировать мое лоно, но тут к нам подходит профессор. Мы с ней быстро пробегаем глазами список необходимых материалов, и, достав свои угольные карандаши, я показываю их ей. Она кивает и, улыбаясь, повторяет тему сегодняшнего занятия: «Захват движения».
Убрав свою работу с мольберта и оставив его пустым для меня, профессор направляется к следующему студенту. Проходит слишком много времени, прежде чем боль между моих ног стихает, но ситуация усугубляется тем, что мне приходится наблюдать за Майлзом. Я пытаюсь зарисовать его профиль – нос, подбородок, изгиб шеи, но осознаю, что не являюсь выдающимся художником, особенно когда речь идет о портретах. Фигура на моем мольберте совершенно не похожа на Майлза.
– Более свободные линии, – советует мне профессор в середине урока, а затем берет меня за запястье и слегка встряхивает его: – Не напрягайте кисть, Уиллоу.
Она что-то говорит Майлзу, но я не слышу ее слов, потому что мое лицо пылает от смущения. Зачем я вообще решила посещать рисование? Я думала, что это будет забавно, но теперь все совсем не так. Предмет кажется тяжелым и глупым, а мои глаза горят без какой-либо видимой причины.
Я отворачиваюсь от Майлза и смотрю на часы, которые висят над доской. Я рисую круг и цифры: часовую и минутную стрелки, а секундную делаю размытой, словно фиксируя на середине движения. Но на самом деле мне просто хочется, чтобы они двигались быстрее.
Я посвящаю этому рисунку больше времени, чем необходимо, стараясь передать все мелкие детали в тенях, и внезапно слышу скрип табурета Майлза. Хихикая, он склоняется над моим плечом.
– Возможно, тебе стоит попробовать начать петь? – шепчет он мне на ухо, а затем, закинув сумку на плечо, проходит к двери.
Большинство студентов покидает аудиторию вместе с ним, и мои щеки заливает румянец. Я так стремилась покинуть это помещение, но не заметила, как пролетело время. Я спешно собираю свои вещи, вкладываю новую программу в одну из тетрадей, прощаюсь с профессором и выхожу за дверь. После обеда у меня пара математики, а затем я займусь домашним заданием по этому предмету.
Тема, которую мы сейчас изучаем, называется «Решение количественных задач». Это означает, что мы будем применять математические знания в реальных жизненных ситуациях. Хотя мы только начали изучать эту тему, она уже кажется мне интересной и, я надеюсь, будет полезна в любой выбранной мной профессии. Ведь раньше мне казалось, что информатика открывает передо мной множество дверей, но сейчас я чувствую, что многие из них закрываются прямо у меня перед носом.
Находясь на полпути к кофейной тележке, я слышу звонок своего телефона и, не останавливаясь, отвечаю Вайолет.
– Что произошло? – спрашиваю я.
– Ты что, решила объявить войну или что-то в этом роде?
– Эм, давай не сейчас.
– Где ты? – спрашивает она, и я сообщаю ей свое местоположение.
– Оставайся на месте. Буквально, не двигайся. Я серьезно!
– Ладно, ладно, – отвечаю я и оглядываюсь, однако двор пуст, ведь для ланча еще слишком рано.
На улице ужасно холодно, и в эти выходные обещают грозу, но я все равно стою на месте, пока не замечаю приближающуюся ко мне Вайолет. Она хватает меня за руку и тянет в направлении, противоположном тому, откуда я пришла, и вскоре мы оказываемся у ее автомобиля, оставленного с работающим двигателем. Забравшись внутрь, я закрываю вентиляционное отверстие и ощущаю, как от холода у меня начинают стучать зубы.
– Я могла бы подождать тебя в студенческом центре, – бормочу я.
– Нет, не могла, – отвечает она. – Ты по уши в дерьме.
– С чего бы это?
– Возможно, из-за Аманды, – усмехается Вайолет. – Да ладно, Уиллоу, если ты хотела отомстить ей, то могла бы сказать мне об этом заранее. Тогда я бы постаралась минимизировать ущерб.
– Прости, но я не понимаю, о чем ты говоришь, – я качаю головой и замечаю, как пристально смотрит на меня моя лучшая подруга.
– Это же было сделано с твоего телефона.
– Что именно?
– Скриншоты.
