В квартире пахнет свежестью. Через одно из приоткрытых окон в гостиной в комнату врывается холодный зимний воздух. Он колышет занавески, которые задевают растения в горшках. Должно быть, Уиллоу старалась избавиться от запаха отбеливателя. На плите стоит незажженная свеча, от которой исходит аромат свежих яблок. Воск свечи еще теплый и мягкий, что свидетельствует о том, что Уиллоу очень заботится о том, как выглядит ее квартира, даже если она напоминает точную копию дизайнерского интерьера из Пинтерест[5].
Подойдя к плите, я окунаю палец в воск и направляюсь в спальню. Дверь в комнату открыта, и на мгновение я замираю на пороге, любуясь спящей Уиллоу. Она укрыта одеялом, ее рука покоится под подбородком, губы слегка приоткрыты, а волосы раскинулись по подушке. На прикроватной тумбочке стоит пустой стакан.
«Сейчас все иначе», – убеждаю я себя.
Однако воспоминание охватывает меня с головой, сильнее, чем когда-либо прежде. И мне не остается ничего другого, кроме как заново пережить то, что так сильно меня взволновало.
Глаза Уиллоу закрыты, но слезы продолжают струиться по лицу и дыхание становится все тяжелее. Мне неоднократно доводилось наблюдать, как она проливает слезы из-за моего брата, и всякий раз, когда это происходит, я ощущаю полную беспомощность. Не в силах ни подойти к ней, ни уйти, я застреваю в состоянии неопределенности, больше похожем на ад.
Он оставил ее здесь одну. Уложил в постель, как ребенка, и ушел, пока она спала.
Уиллоу переворачивается на спину, и в свете уличного фонаря на ее щеках видны дорожки от слез. Она лежит на его подушке, укрытая его простынями, и тихо плачет во сне. Возможно, она знает, что он оставил ее, чтобы пойти в бар, и это вызывает у нее печаль. Даже во сне она осознает его ошибки. На моем телефоне, переведенном в беззвучный режим, появляется текстовое сообщение, и я быстро бросаю на него взгляд. В сообщении мой брат просит меня встретиться с ним в «Хэйвене», однако я чувствую, как ноги словно прилипают к земле, и, спрятав телефон обратно в карман, не могу пошевелиться. Если я сейчас пойду с ним выпить, то дело закончится дракой. Но только не с Ноксом, только не с ним! Конечно, кто-нибудь обязательно скажет что-то не то, я выпью лишнего и проснусь с окровавленными костяшками и подбитым глазом.
К черту все это!
Я сжимаю челюсти и скрещиваю руки на груди, оставаясь в неподвижном состоянии, пока Уиллоу не успокоится. Но как только ее дыхание выравнивается и она погружается в глубокий сон, я подхожу к кровати. Давайте не будем обсуждать, почему я, как одержимый, наблюдаю за ней. Возможно, я действительно потерял рассудок, раз продолжаю стремиться к встречам с ней, несмотря на осознание того, что это неправильно.
Уиллоу великолепна, даже несмотря на боль, которую ей причиняют. А в последнее время мне кажется, что она испытывает боль постоянно.
– Нокс… – шепчет она, приближаясь ко мне и протягивая руку.
