Обедали жены Владыки все вместе, в большом зале, укрытом коврами и заставленном столиками, ломящимися от еды, и это забавным образом напоминало обеды в школьной столовой. Если представить себе, конечно, что ученики могут есть, развалившись на тахтах и подушках, пить вино и бесконечно болтать. Впрочем, в последнем школьники мало отличались от обитательниц гарема.
При ее появлении снова установилась уже привычная тишина, но любопытство быстро взяло верх, и девушки снова заговорили все одновременно.
– А что это вчера было?
– Вы так рассердились на господина?
– Владыка все равно сильнее, раз вернул ее…
– Ну он же мужчина…
– Вы волшебница, да?
– А можете снова ветер сделать?
– Мы так боялись, что не спали всю ночь!
– Мы и сейчас вас боимся!
– Возьмите персики, очень вкусные!
– Не сердитесь, – тихо сказала Зара ей, – они такие трусихи, но с самого утра требовали, чтобы я нашла вас и привела поговорить. Очень уж любопытные женщины. Хоть и боялись, а уже хотели к вам идти, на мужскую половину. Еле отговорила.
– Я не сержусь, – улыбнулась Ангелина и откусила расхваленный персик. Он действительно был очень сладким. – Девушки, – решительно произнесла она, и в «столовой» установилась мертвая тишина, – давайте все-таки по порядку. Всего я вам рассказать не могу, – любопытные глаза блестели, но «жены» с пониманием таинственно закивали, – но на несколько вопросов отвечу. Я не волшебница, но иногда, когда расстроена, случается то, что вы видели.
– А мама моя посуду бьет, если злится, – пискнула одна из молоденьких девчонок.
– А моя полы моет, – подхватила другая.
Школа, как есть школа.
– Так что не нужно меня бояться, – добавила Ангелина. – Вы же меня не расстраиваете.
Девушки кивали с облегчением.
– Мы думали, вы сердились потому, что господин позавчера взял себе женщин на ночь, – вдруг сказала одна из них. – Вы говорили, что у вас это не принято.
А, вот оно что.
Вот почему ее не схватили сразу же.
Гарем выжидательно смотрел на нее, кто-то опускал глаза. Бедные восточные женщины.
– Нет, – ответила она твердо, – вы тут ни при чем. Просто он хочет того, чего не хочу я. А я хочу того, чего не хочет он.
Слишком сложно. Гаремные дивы задумались, и только Зара вдруг закивала.
– Вы ему подходите, – сказала она. – Вы – буря, он – небо.
Теперь пришла пора принцессы не понимать.
– Это стихи такие, – девушка увидела ее недоумение. – Из старой сказки про небесного батыра и деву моря.
Зара задумалась, потом стала говорить немного неуверенно – видимо, переводя и стараясь, чтобы это звучало поэтично:
Все молчали, вздыхая. Ангелина к поэзии была равнодушна, а к любовной – тем более, но вежливо улыбнулась, поблагодарила.
Дальше общения не получилось, девушки начали наперебой читать стихи, она молча обедала и поощряюще кивала. Это было привычно.
Зара напросилась с ней посмотреть покои; остальные были то ли слишком ленивы, то ли все-таки робели, но присоединиться не посмели.
Девушка, легко шагая рядом с ней, молчала и о чем-то напряженно думала.
– Госпожа Ангелина, – сказала она наконец, – вы тогда говорили, что были учительницей. И что девочки у вас учатся так же, как и мальчики, да? И писать умеют, и читать?
– Умеют, – мягко ответила Ани, уже понимая, к чему клонит Зара. – Ты хочешь научиться?
– Вы же нас, наверное, всех выгоните, когда станете женой Владыки, – горько сказала Зара, – и семьи наши не посмеют против вас что-то сказать. Побоятся вызвать бурю. А я уже старая, меня замуж просто так никто не возьмет… Буду служанкой в семье, делать ничего не умею, стану нянчить сестер да племянников. У нас ведь нет школ, учат дома, и в основном мальчиков, – кому нужна образованная жена? А так могла бы работать, хоть с маленькими детками сидеть, жить в своем доме. Все лучше, чем приживалкой при семье брата.
– Так разве Нории не дает вам с собой золота? – удивилась Ани.
– Золото идет в семью, – они зашли на мужскую половину, и девушка рядом с принцессой двигалась уверенно, будто уже бывала здесь, – они меня выкормили, вырастили, вот и получают выкуп. А я так не хочу. Здесь свобода, а там на жену брата не посмотри лишний раз. Слова не скажи. Злая она.
