Я замечаю в конце двора еще двоих полицейских, которые натягивают между деревьями желтую ленту. Поодаль, в лесу, между деревьями, мелькают светоотражающие жилеты. Я слышу, как перекликаются мужские голоса, сообщая друг другу о находках.
– Что происходит? – спрашивает Адриан.
– Руки на стену, – приказывает полицейский.
– Вы это серьезно?
Адриан шокирован – ему явно никогда не доводилось подвергаться обыску.
– Просто делай что говорят, – прошу я его.
– Это же бред какой-то, Мэллори. На тебе спортивные шорты! Он что, считает, что ты прячешь в них пистолет?
Но одно упоминание слова «пистолет», похоже, накаляет обстановку еще больше. Теперь уже те двое полицейских с желтой лентой с озабоченным видом направляются к нам. Я решаю подчиниться и выполняю требование: кладу ладони на кирпичную стену, опускаю голову и смотрю вниз, на траву, пока полицейский ощупывает мою талию.
Адриан неохотно становится рядом со мной и тоже кладет ладони на стену.
– Нет, это просто бред какой-то.
– Заткнись, – бросает полицейский.
И если бы я не боялась заговорить, я рассказала бы Адриану, что он на самом деле еще ведет себя очень вежливо – в Филадельфии я знавала полицейских, которые скрутили бы его, надели наручники и уложили лицом в асфальт еще до того, как он успел бы открыть рот. Адриан, похоже, считает, что он не обязан им подчиняться, что он по какой-то причине находится над законом.
Из-за угла дома выходят мужчина и женщина. Мужчина белый и рослый, женщина чернокожая и невысокая, и обоим не мешало бы слегка похудеть. Они напоминают мне школьных инструкторов по профориентации. На обоих дешевые деловые костюмы, на шее болтаются полицейские жетоны.
– Дарновски, успокойся уже, – говорит мужчина. – Что тебе надо от девчонки?
– Она была в доме! Вы говорили, что жертва жила одна.
– Жертва? – переспрашивает Адриан. – С Митци что-то случилось?
Вместо того чтобы ответить на наши вопросы, нас разделяют. Мужчина уводит Адриана на другой конец двора, а женщина предлагает мне присесть за ржавый кованый столик. Она расстегивает поясную сумочку, достает оттуда коробочку мятных леденцов и закидывает один в рот. Потом протягивает открытую коробку мне, но я отказываюсь.
– Я – детектив Бриггс, а мой напарник – детектив Кор. Нашего юного коллегу в клоунских татуировках зовут офицер Дарновски. Я приношу свои извинения за его рвение. У нас тут очень давно не было трупов, так что все на нервах.
– Митци погибла?
– Боюсь, что так. Ее пару часов тому назад нашли в лесу соседские ребятишки. – Детектив Бриггс указывает в сторону леса. – Если бы не деревья, вы бы ее отсюда увидели.
– Что произошло?
– Давайте начнем с вашего имени. Как вас зовут, где вы живете и откуда знаете Митци?
Я называю свое имя, предъявляю ей водительские права и указываю на дом Максвеллов.
– Я работаю у соседей Митци. У Теда и Каролины Максвелл. Я их няня, живу у них в гостевом домике.
– Прошлую ночь вы ночевали у себя в коттедже?
– Я каждую ночь там ночую.
– Вы не слышали ничего необычного? Никакого шума?
– Нет, но я рано легла спать. И шел очень сильный дождь. Там так лило и грохотало, что я ничего бы не услышала. Как вы думаете, когда Митци… – Я не могу заставить себя произнести слово «умерла»; я все еще не могу поверить, что Митци в самом деле нет в живых.
– Мы пока еще ничего не знаем, – говорит детектив Бриггс. – Когда вы в последний раз ее видели?
– Вчера не видела, а вот позавчера видела. В четверг утром. Она пришла ко мне в коттедж приблизительно в одиннадцать тридцать.
– Зачем?
Я чувствую себя глупо, но все равно говорю правду.
– Митци была экстрасенсом. Она считала, что в моем коттедже живет призрак. Поэтому она принесла спиритическую доску – ну, знаете, такую, для общения с духами. И мы попытались вступить с призраком в контакт.
Детектив Бриггс, похоже, с трудом удерживается от смеха.
– И как, получилось?
– Я не уверена. Вышла какая-то абракадабра.
– Она взяла с вас за это деньги?
– Нет, она предложила свою помощь бесплатно.
– И в какое время вы закончили?
– В час дня. Я точно это знаю, потому что Адриан тоже тут был. В свой обеденный перерыв. Ему нужно было вернуться на работу к часу. После этого я больше Митци не видела.
– Вы помните, во что она была одета?
– Серые брюки, лиловый топ. С длинными рукавами. Все очень свободное и струящееся. И куча украшений – кольца, бусы, браслеты. Митци всегда носит кучу украшений.
– Это любопытно.
– Почему?
Детектив Бриггс пожимает плечами.
– Сейчас на ней нет ни одного украшения. Даже обуви нет. Только ночная сорочка. Митци была из тех женщин, которые разгуливают по округе в ночных сорочках?
– Нет, я сказала бы, что совсем наоборот. Она с большим вниманием относилась к собственной внешности. Да, стиль у нее был очень своеобразный, но это был ее стиль, если вы понимаете, о чем я.
– А у нее не могло быть деменции?
– Нет. Митци переживала из-за уймы самых разных вещей, но ум у нее был совершенно ясный.
– Почему тогда вы оказались у нее в доме именно сейчас?
