- Я в курсе. – Документы про усыновление носили конфиденциальный характер, если биологические родители не распоряжались иначе. И это было серьезным препятствием. Да и найти заметное отклонение в уровне рождаемости определенного округа едва ли удастся, так как количество дополнительно выданных свидетельств о рождении будет, вероятнее, около нескольких сотен, а не тысяч. В округе с крупными городами и постоянной миграцией населения, эти дополнительные свидетельства вообще незаметны. Но, в свою очередь, крупные города уже были компьютеризованны десять лет назад, промелькнуло у нее в голове. Небольшой округ, с ограниченным бюджетом, который не позволяет компьютеризировать документацию, наилучший выбор для таких махинаций. Она озвучила свои предположения Диасу, и тот кивнул.
- Что будем делать дальше?
- Свидетельства о рождения, выданные большим количеством, чем обычно. Сколько младенцев может родиться в небольшом округе за один день или за одну неделю? Даже за один месяц? Если общее количество в какие-то месяца будет заметно превышать среднемесячное, будем копать глубже.
Диас молчал, а Милла ждала, пока он закончит свой мыслительный процесс. Наконец-то он взглянул на нее:
- Предположительно, те контрабандисты свернули дела после аварии самолета.
Милла оцепенела, когда ее призрачная надежда превратилась в очередной кошмар.
- Когда?
- Приблизительно десять лет назад. Все на борту погибли, в том числе и шестеро детей.
После его ухода Милла еще долго сидела, тупо уставившись на свои руки. Жизнь не может быть так жестока, Боже, ну не может быть – так долго искать, подойти так близко – и вдруг, все потерять. Она понимала, что Джастин необязательно был именно на том самолете, что, возможно, другая бандитская группировка похитила его. Но теперь была вероятность иного ночного кошмара, с которым ей придется жить, - ужасный финал жизни маленьких невинных созданий.
Может, она никогда не найдет своего ребенка, даже если продолжит поиски. Но она отыщет виновных в этом людей - нет, не людей, монстров – и покончит с ними, даже, если это будет последнее, что она сделает в своей жизни. Что-то в ней изменилось - она больше не хотела прощать только лишь в обмен на информацию о своем ребенке, о других похищенных детях. Она хотела правосудия, жаждала мести.
О, господи! Диас. Она вспомнила, что Тру предупреждал её о том, что этот человек является хладнокровным убийцей. И сейчас она этому поверила. Теперь она в этом совершенно не сомневалась.
Ей следовало сразу всерьёз воспринять слова Тру. Ведь всего лишь пару часов назад он сказал ей, что стоит людям только заикнуться о том, что им нужен Диас, как он сразу сам находил их. А она оповестила целый бар, полный мужчин, о том, что заплатит награду любому, кто знает о нём хоть что-нибудь. Ведь знала же, что он где-то поблизости, может быть, даже слышал её. Возможно, ей стоило удивиться, что Диасу понадобилось тридцать шесть часов, чтобы объявиться. Наверное, он мог бы поджидать её ещё вчера утром. Вдруг она вспомнила, что на весь бар выкрикнула своё настоящее имя – Милла Эдж, а не Милла Бун, как она обычно представлялась. В телефонном справочнике она была записана под фамилией Эдж. Когда она сообщила Тру о том, что в справочнике её имя отсутствует, она имела в виду, что в нём нету Миллы Бун. А у Тру был номер её телефона, потому как она однажды сама написала его на обратной стороне своей визитной карточки для него. И если Диас присутствовал на том вечере, он мог ворваться в её квартиру следующим утром, пока она была ещё в постели.
Возможно, у него в это время были более важные дела.
Он вошел внутрь кабинета и закрыл за собой дверь. Затем он отошёл в сторону, так, чтобы не стоять спиной к окну или к стеклянной двери. Диас заблокировал все пути отступления для Миллы и Джоан, которые находились внутри площади, окружённой U-образным столом. Он встал как раз напротив единственного выхода из этой ловушки. Если бы они захотели выбраться оттуда, им бы пришлось перепрыгивать через стол.
Он ленивым движением подтянул к себе один из стульев и сел на него, вытянув ноги вперёд и положив ногу на ногу.
- Что ж, я здесь, - сказал он. – Выкладывай.
С одной стороны, Милла была озадачена. Что люди обычно говорят убийце? Привет, очень рада встрече? С другой стороны, её разум пытался сопоставить все улики и прийти к заключительным выводам. Ясное дело, что Диас – это не тот одноглазый преступник. Но он следил за встречей в пятницу вечером, поэтому он либо преследовал одного из тех людей, либо наблюдал за ними, чтобы они в свою очередь привели его к основной цели. Милла склонялась к последнему варианту, потому как он просто смотрел, не предпринимая никаких действий. Если кто и может найти мужчину с одним глазом, так это точно Диас. Он просто обязан знать, где находится этот ублюдок в данный момент.
