И вот это уже о-хо-хо. И о-хо-хо, и пу-пу-пу, и всё такое прочее.
Подозреваемый номер три был из рода Ивановых-Нобелей. Двоюродный брат патриарха, между прочим. И оставить бы это говно в покое, пока оно не завоняло, но Константин Оскарович Иванов-Нобель патронировал детский дом в области. А наш похититель, как подметила кадет Шестакова, как раз-таки детдомовский.
И конкретно вот в эту деталь я охотно верю, потому как она была брошена случайно.
Что ж…
И тут мы подбираемся к главной проблеме.
Ивановы-Нобели — род серьёзный. У них и со шведскими Нобелями связи, — а оно и понятно, — и с Большой Фармой, и мало ли с кем ещё. Это уже не Кочетков, к которому можно заявиться с ноги, положить охрану мордой в пол, и только потом начать разбираться. Хотя… технически, конечно, можно.
Но какие у меня к ним претензии? Паучки нашептали? Имя им послышалось? Доказательств-то нет, ни одного. Наплевать, что для суда, для меня самого.
А ну, как это всё совпадение скверное? Выверну я этих Нобелей наизнанку, а Ромашку не найду.
И что же получается? Получается, что Столп Империи слетел с катушек и устроил самосуд в центре Москвы.
Так что нет. Так нельзя. Тут даже личное покровительство Императора не поможет, скорее подставлю я его по полной программе. Потому как беспредел.
А беспредел есть отсутствие контроля и упорядоченности, — уж мне ли об этом не знать, у меня вон альтушки как раз беспредельщицы.
Итак…
Силовыми методами добывать информацию нельзя.
Зато всеми другими можно и нужно.
Быстро, оперативно, нагло.
И чтобы не терять времени, я решил зайти сразу с нескольких направлений.
Группе «Альта» выдал агентурное задание: под видом работников проникнуть в головное офисное здание Ивановых-Нобелей и добраться до рабочих компьютеров.
Как показывает ситуация, на подобные каверзы мозги у них отлично заточены. Вот пускай и проявляют творческую инициативу.
С Иринкой вопрос уже обговорил, и та сказала, что обычного телефона будет вполне достаточно, чтобы подрубить её чудо-хакера к базам данных рода.
Вроде как, если снаружи ломать, то вторжение заметят сразу. А если изнутри, то можно «в мягких тапках» по базе прогуляться, следов не оставив.
Вот…
Ну а сам я, пока суть да дело, отправился в детский дом. В тот самый детский дом, который находился на личном попечении Константина Оскаровича.
Мало ли, вдруг что-то интересное высмотрю. Заодно и сестру встречу, он по карте как раз по пути в столицу находится.
А вот, собственно говоря, и указатель…
Свернув с четырёхполосной трассы на асфальтированную лесную дорожку, — а иначе её никак не назовёшь, потому что сосны с обеих сторон чуть ли не над головой нависали… так вот. Свернув с трассы, я проехал без малого километр вглубь леса и упёрся в железные бронированные ворота и высоченную бетонную стену.
И просто не смог не восхититься вслух:
— Нихрена себе, — сказал я и заглушил мотоцикл.
Не успел я толком осмотреться, как позади раздался шум мотора. В мою сторону, загодя погасив фары, катила неприметная газелька. Прямо вот образцово неприметная: цвета серого уныния, со ржавыми крыльями и вмятиной на капоте.
Но я-то знал, что под ржавчиной скрывается слой брони, а начинка газели может потягаться с некоторыми фургончиками спецслужб. Это ведь Иркина газель. Владим-Саныч лично презентовал ей эту машину на прошлый день рождения.
Тогда как раз намечался какой-то международный конвент артефакторов, и подарок был с намёком. Мол, так и так, Ирина Ивановна, ежели захотите пошпионить за иностранными специалистами — вот вам все условия.
Сеструха тогда фыркнула, мол, кто ещё за кем поглядывать должен, но подарок приняла. И после неоднократно использовала, настолько он ей понравился.
— Здорова, — я махнул рукой, Ира остановилась и заглушила мотор.
Тут же боковая дверь газельки отъехала в сторону и на дорогу выпрыгнул смуглый молодой мужичок. Выпрыгнул, главное, и смотрит на меня так… странно. Вроде бы с надеждой, а вроде бы и с вызовом.
— А это? — уточнил я у сестры.
— Это…
Ира на несколько секунд замялась, но потом ответила:
— Это тот самый компьютерный гений, про которого я рассказывала. Познакомься, его зовут Тамерлан.
— Погоди, а это не грузчик ли, что в прошлый раз у тебя мебель двигал? — присмотрелся я.
— Нет, что ты! — махнула рукой сестра, — ты путаешь. И совсем даже не похож.
Ну Тамерлан и Тамерлан… подошёл, пожал ему руку, представился Василь Иванычем, а он всё продолжает меня взглядом сверлить. Странные всё-таки ребята эти айтишники. Не от мира сего.
— Значит так, — сказал я. — Сейчас мы с вами двинем к Нобелям, а пока обождите меня минут пятнадцать. Любопытно мне посмотреть, что это за детский дом такой посреди дремучей чащи…
— Ну вот! — Шестакова вышла из примерочной. — Я офисный сотрудник! Добрый день, коллеги, где у вас тут кулер? Сдавайте отчёты мне на стол и не забывайте мыть за собой микроволновку. Харасмент! Шредер! Бизнес-ланч!
— Уф-ф-ф-ф, — закатила глаза Фонвизина. — Шама, тебе никто не поверит.
— Да почему⁈ — возмутилась шаманка и покрутилась вокруг своей оси. — Почему⁈
