— «ВБЭИМы» достанем. У местных в головах, скорее всего, такая же электрическая активность, как и у землян. Тем более, заметить какой-то большой объект, излучающий тепло, в здешних условиях намного проще, чем овраги и подобную дрянь. Врача, хочу напомнить, у нас больше нет.
— Как скажешь.
Они включили «крылья», и поднялись вверх, над укрывающим поверхность острова туманом, почти вровень с гладкими, покатыми вершинами недалёких гор.
— В трёхстах метрах от нас какой-то огромный объект. Приближается.
Получив сообщение, Муха и Власов, не сговариваясь, двинули руками, заставляя оружие скользнуть в подставленные ладони, и замерли, встав плечом к плечу и повернувшись лицом к предполагаемому противнику.
Здесь видимость была лучше, чем внизу, так что нечто, похожее на гигантскую чешуйчатую летучую мышь, земляне разглядели издали. Зверь имел поистине громадные крылья — навскидку никак не меньше семи метров в размахе — и почти теряющееся на их фоне гладкое безволосое тельце, покрытое то ли грубой коричневой кожей, то ли мелкой коричневой же чешуёй. Как следует рассмотреть его голову не удалось — оказавшись примерно в двух сотнях метров от землян, зверь остановился, видимо, обнаружив то, чего никак не должно было встречаться на его пути. Несколько секунд «мыш» висел в воздухе, бешено работая крыльями, а затем заложил крутой вираж и практически вертикально ушёл вверх. Всё это, почему-то, без единого звука.
— Я же говорила! — Люда взмахнула рукой, надеясь хотя бы жестами донести до товарищей всю серьёзность ситуации.
— Что говорила? Эта планета достаточно похожа не Землю, чтобы экстраполировать на местных хищников психологию их земных собратьев. Ни одно вменяемое животное не кинется на неизвестную угрозу больших размеров.
— А эта мышь, конечно же, осознаёт, что большая часть её тела это крылья! Может, она себя как раз-таки считает самым большим и страшным хищником из возможных. И ещё, если сравниваешь местных зверей с земными, вспомни о носорогах. И обо всех без исключения самках, защищающих собственное потомство. — Люда скрестила руки на груди, явно недовольная тем, что приходится доказывать самые очевидные вещи.
— А давайте вы продолжите спорить на «Вестнике»? — Муха, всё время перепалки провисевший наизготовку с «ВБЭИМом», был совершенно не настроен ждать, пока Людочка и Юрий придут к каким-то общим выводам. — Там оно как минимум удобнее.
— Вы правы, Мухаммед.
Люда церемонно наклонила голову, подчёркивая готовность прекратить спор, и первой дала «крыльям» команду продолжить движение.
Теперь, с высоты птичьего полёта (ну или мышиного, если предположить, что сородичи «мыша» — единственные живые существа, освоившие полёт в этом мире с очень высоким тяготением), искомое место выглядело зажатой между пятью весьма округлыми горами широкой долиной, в центре которой возвышался холм, практически повторяющий по форме окружающие горы. Между двумя горами, со стороны, противоположной той, с которой пришли земляне, виднелась узкая, идеально прямая дорожка.
— Площадь долины — пятьдесят квадратных километров. — Муха снова вытащил спрятанное было оружие. — Юрий Валерьевич, вам право или лево?
— Давайте лево. Людочка, ты висишь на этом месте и наблюдаешь за обстановкой. Если всё будет спокойно — спускаешься прямиком на тот холм, кажется, именно он нам и нужен. Если происходит неожиданное нападение — действуем согласно изученным на Земле сценариям.
Мужчины разлетелись в разные стороны, Люда же послушно осталась на месте, сжав в руках «револьвер» и повторяя про себя основные варианты действий при «недружественных контактах с внеземными организмами». Внизу, словно два огромных листа гигантского дерева, кружились, облетая по спирали свою часть долины, Власов и Мухаммед.
Наконец они встретились на холме, и тут же в наушниках Люды раздался голос Мухи:
— Спускайся, всё чисто.
Опустившись на вершину холма, отчаянно пытающегося поговорить со Вселенной, Людмила с любопытством огляделась: на Земле в такой горной долине можно было бы ожидать наличия нескольких видов растений, не свойственных низинам. Здесь же, насколько хватало взгляда, росла та же самая прямая и жёсткая трава, что и внизу. Но здесь она всё-таки была повыше и, как показалось Люде, имела заметный зеленоватый оттенок. Впрочем, это действительно могла быть какая-то другая трава, лишь похожая на ту, которая росла в джунглях.
— Слушай, а откуда здесь вообще взялись горы? Даже больше похожие на холмы. Костик же говорил, тут нет активной тектоники, да и неясно, связан ли остров вообще с дном.— Мухаммед, с видимым даже сквозь шлем наслаждением, сел прямо в траву и принялся распаковывать рюкзак. — Жаль, всё-таки, что тут нельзя без скафандра.
— Тектоника наоборот. Кометы, метеориты — Юрий пожал плечами, не желая пока что делиться с остальными своими подозрениями о случайно-искусственном происхождении гор, холма и острова в принципе. Ибо выверенные линии местной природы вызывали у него стойкое ощущение нереальности, некоей чертёжности окружающего пространства
