— Марта?! Ты что здесь делаешь? — раздался позади голос Кейрина.
В тот же миг на меня нахлынули его чувства: растерянность, досада и почему-то разочарование. Похоже, я так увлеклась рассматриванием дракона, что не ощутила приближение фамилиара.
Я обернулась и развела руками:
— Я не удержалась. И давно он спит?
— Я не считал, — буркнул кот. — Лет семьдесят, наверное. Маги пробовали растолкать его, но бесполезно. Сперва еще пытались как-то, изобретали все новые заклинания и зелья, но вскоре сдались. Сочли, что отмерянный богами срок жизни дракона истек. Он ведь порождение Незримых, подарок Хейдорину, который должен был стать залогом мира.
— Погоди, но разве не темные начали войну? — нахмурилась я. — Почему дракон оказался у вас?
Кшатр посмотрел на меня, как на глупого ребенка, но все же соизволил ответить.
— Войну развязал Хейдорин, но нас вынудили. Ристан заключил сделки с другими странами: они получали более выгодные условия, но взамен не торговали с нами. Мы оказались почти в полной изоляции. Год-два… Со временем нам перестало хватать многих необходимых для жизни вещей. Артефактов, редких продуктов и прочего-прочего. Император объявил войну, а уже спустя пару дней мы попали в осаду. Незримые наказали Хейдорин за использование по-настоящему черной магии, но дали дракона, чтобы тот оберегал нас.
— Спасибо за экскурс в историю, — вздохнула я.
— Могла бы захватить сметану в благодарность.
Так вот чем он разочарован!
— У меня есть идея получше. Как насчет подняться со мной в замок? Ты теперь мой фамилиар, а значит, я имею полное право всюду брать тебя с собой.
Кшатр изумленно уставился на меня.
— Темные не очень-то любят кшатров. Не хочется быть уничтоженным на месте.
— Я этого не допущу. — Я нисколько не лукавила. Фамилиар — часть меня, теперь мы связаны. И если понадобится, я пущу магию в ход. — Нам нужно отстоять себя, надоело чувствовать себя виноватой за проснувшийся дар. Пусть Хейдорин привыкает к тому, что теперь у них живет ведьма. А еще я заручилась поддержкой мужа.
Кейрин распушил усы.
— Хотел бы я познакомиться с этим темным. Ладно! Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.
О, да у них с Шайеном взаимный интерес. Бросив последний взгляд на спящего дракона, я направилась к выходу. Кот поплелся рядом: шерсть на его загривке встала дыбом, а перепончатые крылья трепетали от волнения.
Внезапно кшатр насторожился:
— Ты слышала?
— Что? — непонимающе переспросила я.
Храп дракона заглушал все: и стук капель о пол, и свист ветра.
— Шаги. — Кейрин нервно ударил хвостом по полу.
Его беспокойство передалось и мне: поманив пальцем несколько змеек, я припомнила науку фамилиара и отправила их вперед по коридору. Полноценным поисковым заклинанием это не было, но если на пути потоков встретятся препятствия, они дадут мне знать.
Мы преодолели еще десяток шагов, когда фиолетовая змейка вернулась. Едва она коснулась моей кожи, я словно увидела ее глазами: впереди шло существо, отдаленно напоминающее птицу. Отдаленно, потому что нижняя часть тела была вполне себе человеческой. Вот только в глазах навыкате не было ни капли разума.
Я описала существо Кейрину, и тот облегченно выдохнул:
— Это Куриная башка. Мы с Ларри зовем его так. Он безобиден, потому что непроходимо глуп.
Я кивнула, однако тревога, поселившаяся внутри, не ушла. Но если это не кшатр, то кто?
Я надеялась увидеться с Шайеном до начала бала, но он прислал магического вестника, в котором сообщил, что проводил делегацию до замка и отправился к Хираму с докладом. Там же он планировал привести себя в порядок.
Жаль, я хотела познакомить его с Кейрином наедине. Но от мысли взять с собой фамилиара не отказалась: сейчас Хираму не до меня, а значит, меньше шансов, что он будет возражать.
— Ты готов? — спросила я кшатра. — Праздник в честь прибытия светлых начнется через полчаса, а нам еще из башни спускаться.
Котяра выглядел уверенно, но меня не обманешь — я чувствовала его смятение. Впрочем, не удивительно. Доверившись мне, он впервые решил показаться людям.
— Готов, — скорбно вздохнул фамилиар.
— Тогда идем. — Прищурившись, я посмотрела на кота. — Эффектнее было бы, если бы ты восседал на моем плече, но ты слишком большой. Может, взлетишь?
Кшатр покачал головой:
— Крылья не могут поднять меня в воздух. А в левитации я никогда силен не был.
— Тогда я возьму тебя на руки, — кивнула я. — Но до тех пор, пока я не доберусь до тронного зала, спрячься.
Кшатр тут же исчез. Вздохнув, я бросила последний взгляд в зеркало. Горничные заохали, увидев, во что превратилась моя прическа, но заново уложили волосы. Бирюзовый лиф приподнял грудь и плотно обхватил талию, а многослойная юбка, украшенная вышивкой, разлеталась ниже волнами шелка и кружев. Кажется, получилось неплохо. На пальце красовалось обручальное кольцо с черным камнем, но и оно странным образом подходило к наряду.
Пора!
