Сегодня Анна выглядела уже лучше. Прежде всего потому что поняла, кого она десять лет супружеской жизни любила. Но не думала, что её Николай окажется безмерно мелочным человеком и станет делить с ней вещи, вилки, тарелки!..
Анна позвонила отцу и тот сказал, что завтра вылетает (её отец – генерал-майор, командир дивизии где-то на Украине).
Ночь прошла в разговорах. Потом она сказала, что всю жизнь ведёт дневники. Особый интерес у меня вызвали те записи, которые она делала в этом городке. Мне очень хотелось узнать подноготную нашего гарнизона. В том, что все эти записи достоверны, не вызывало у меня никакого сомнения. Я даже подумал, что неплохо было бы впоследствии их опубликовать. Вот это была бы бомба!
Анна пообещала мне, что принесёт дневники к киоску к девяти утра. Я прождал целый час, но она так и не пришла. Но во время обеденного перерыва в своём почтовом ящике я обнаружил от неё письмо. Мелким аккуратным почерком было написано:
Вот такое письмо я получил и был ошарашен. Впрочем, когда вечером ко мне пришла Анна и рассказала более подробно, я был ошарашен ещё сильнее. Оказывается, там должны быть несколько генералов, которые приехали в нашу дивизию с проверкой, и наш Комдив полковник Борин тоже. Интересно, как там меня представят столь важным товарищам.
Договорились, что послезавтра я должен буду прийти к ним домой к 16:00.
Анна рассказала, что было, когда ночью приехал её отец. Николай с Мариной находились дома. Виктор Викторович было подумала, что у них всё наладилось, видя, что в постели ещё кто-то лежит. На кухне он сказал Николаю, чтобы тот разговаривал тише, мол, Аню разбудишь.
Николай ответил:
– А Анны нет дома.
Виктор Викторович опешил:
– Кто же там?
Николай виновато опустил голову, потупил глаза.
Генерал зашёл в спальню и жёстко сказал незнакомке:
– Пять минут времени Вам хватит собраться. Время пошло!
Они остались с Николаем одни и серьезно поговорили, в результате чего Любомирский (теперь буду называть его по фамилии) чуть не сломал трюмо в коридоре – отец припечатал ему кулаком по харе: не сдержался, когда Любомирский стал оскорблять его дочь. А после удачного применённого боксёрского приёма пригрозил и ему.
Всё это смешно. Что может сделать какой-то старлей генералу?
13 августа 1988 г.
В третий день нашего знакомства мы решили сходить с Анной в Дом культуры на фильм «Где находится нофелет?». Анна пришла в мрачном настроении, бледная, и когда мы первые вошли в зрительный зал, тихо спросила:
– Пётр, кто ещё знает о наших встречах?
Я ответил, что человеку, которому я рассказывал, бесконечно доверяю. Это был Игорь Лапин.
Тогда она протянула мне письмо, написанное мелким бисером. Письмо, к сожалению, не сохранилось – я приведу лишь приблизительный текст:
