Они поднимались по бесчисленным ступеням, которые когда-то, вероятно, были движущимися лестницами, но сейчас застыли, обесточенные, проходили многочисленными арками и переходами, сворачивали в переулки, проложенные между зданиями на высоте двадцатого этажа, пересекли несколько воздушных автострад и перешли несколько длиннющих мостов, висящих на совсем уж головокружительной высоте, соединяющих не берега каналов, а целые кварталы. С каждым новым поворотом и новым отрезком пути путники поднимались все выше и выше. И казалось конца не будет этой воздушной паутине дорог…
Эве некогда было смотреть по сторонам. Она даже не успевала пугаться огромной высоты, на которой пролегал их маршрут. Внизу росли деревья, казавшиеся с высоты крошечными кустиками, местами были видны улицы, проходившие по земле, которые смотрелись не толще прутика, но чаще нижнюю панораму скрывали или воздушные террасы и выступы зданий, или другие воздушные трассы и тоннели, которые действительно сверху напоминали густую паутину.
Эва начала уставать. И, теряя темп, боялась, что отстанет. Но Гарри торопился, и ей не хотелось жаловаться.
Наконец, они подошли к такому месту, где две воздушные изогнутые эстакады почти сходились. Они тянулись с разных направлений, большим полукругом каждая. Путники прошли по одной из них около мили, и Эва увидела, что там, где они остановились, ограждение одной эстакады почти соприкасается с ограждением другой.
Но все познается в сравнении. Это «почти» казалось незначительным на фоне громадных зданий и воздушных коммуникаций, что окружали их. Но когда Эва подошла к самому ограждению, то увидела, что до другого ограждения, расположенного на соседней эстакаде, около полутора ярдов. А внизу – головокружительная пропасть.
- Нам надо перебраться туда, - указал Гарри на эстакаду, которую разглядывала Эва.
Он легко поставил ногу на ограждение, которое было скорее высоким бордюром, сделал шаг и оказался на другой стороне. Вернее, на бордюре другой эстакады. Еще шаг вниз, и он уже безопасно стоял на ровном покрытии той, другой, воздушной трассы.
«Я смогу перешагнуть, здесь не более ярда», - сказала себе Эва.
Она поставила ногу на бордюр и поняла, что от усталости колени у нее трясутся. А может от страха, который вдруг неприятным холодком дохнул на нее снизу, из бездны…
«Здесь больше ярда, я должна прыгать, но мне негде разогнаться. Я не перепрыгну и бордюр, и пропасть, если разбегусь!», - в панике подумала Эва и отступила.
Все это время ее проводник внимательно разглядывал близлежащие строения и воздушные мосты, натянув капюшон плаща с дальнозором на лицо. Он не видел, что девушка в панике стоит посредине эстакады, уже не решаясь не только перешагнуть с бордюра на бордюр, но и даже подойти к краю.
Наконец, когда слезы уже начали щипать ей глаза, и на борьбу с собой просто не осталось сил, Эва испуганно закричала:
- Гарри, я не могу, не могу перепрыгнуть!
Мужчина поднял голову, стянул капюшон и внимательно посмотрел на девушку. Он увидел, что она белее мела, губы ее дрожат, а колени подгибаются.
Одним махом перескочив обратно, он подхватил Эву на руки и, крепко прижимая к себе, снова перешагнул злополучную преграду, оказавшись на той эстакаде, куда было необходимо попасть.
- Ох, Эва, малышка, прости, я загнал тебя, - сказал ей на ухо голос, который показался ей просто музыкой. – Я все же действительно привык ходить здесь один. Говори мне в следующий раз, что устала, сразу же говори! Не надо геройствовать. Это может плохо закончиться.
Гарри тихонько покачивал Эву, пока не увидел, что румянец вернулся к ней, а глаза прояснели и заискрились обычной живостью и вниманием. Тогда он усадил девушку прямо на покрытие эстакады, прислонив спиной к бордюру.
- Сиди здесь, отдыхай. Я отойду ненадолго. Это совсем недалеко, и ты будешь видеть меня все время. Рядом никого нет. Ты в безопасности, но включи режим хамелеона. Не хочу, чтобы тот, с кем я встречусь, видел тебя, - с этими словами Гарри достал из своего бэкпэка глас, повернул в руках, открывая, и протянул Эве. – Попей. Это восстановит силы. Ты готова меня подождать?
- Да. Все нормально. Я в порядке, иди! – она улыбнулась, сделала глоток и три раза нажала кнопку на плече комбинезона.
- Я скоро, - Гарри улыбнулся в ответ и зашагал посредине воздушной трассы на запад.
Солнце стояло в зените и все тени съежились. Эва прекрасно видела идущего мужчину, который быстро удалялся. Вот он стал просто силуэтом на светлом фоне, вот уменьшился до размера игрушечного солдатика… Эстакада в той стороне, куда он направлялся, немного поднималась, поэтому Гарри не пропал с глаз девушки до самого перекрестка с другой воздушной трассой.
Где он остановился.
Со своего места Эва видела, что это действительно настоящий перекресток, на котором сходятся две дороги, пересекающиеся под острым углом. Ее проводник занял позицию около сходящихся ограждений и замер. Прошло некоторое время. Девушка слышала только посвистывание ветра и поскрипывание тросов, которые поддерживали некоторые конструкции.
