Конечно, у нас полно законопослушных граждан, работающих во благо Федерации и его воли Диктатора, но это абсолютное меньшинство, по моему мнению, никак не должно находиться в элите. Оно не продержится много, оно должно работать на нас, в наше благо.
И сейчас я прекрасно наблюдаю всю целостную картину обыкновенности.
— Вы должны вернуться обратно! В дом!
— Но зачем, Янн?! У нас разве тут работы нет?!
— «Клондайк полный потерянных во времени технологий» — это ты считаешь работой?!
— А что! У тебя разве у самого нет работы?!
— Есть! Но ты никак не должен мне помогать! Твоя помощь мне, ни, к, чему!
Отец едва попятился назад, отрешённо смотря на моего дядю, но вовремя вернулся в строй.
— Тогда почему ты не можешь мне просто помочь, а, Янник?!
— Мне это неинтересно… — закрыл тот рукой своё лицо то ли от смущения, то ли от раздражения.
— Почему же ты не можешь мне просто выделить пару тонн взрывчатки? — гораздо тише спросил мой отец.
— Да потому что мне нахрен не далась твоя просьба, — сказал дядя, но словно что-то вспомнив, добавил. — Звони Мелиссе, проси её, но не меня!
— Как я тебе, чёрт возьми, позвоню ей?!
— Не знаю… — посмотрел дядя в потолок, плюхнувшись в кресло. — Призови докладных, и уже потом через них доставь до неё сообщение.
— Ты хоть знаешь сколько времени это займёт?
— День, ни больше.
Отец задумался, повторив за дядей Янником.
— Тогда можно.
Простым наблюдателем мне быть надоело, так что я решил внести свою лепту в этот разговор, раз уж меня сюда позвали.
— А что насчёт меня? — поднял я руку, лёжа на каталке.
Они оба асинхронно посмотрели на меня.
— Ты будешь со мной, Май…
— А вот нет, Реджис, — отрезал дядя, повернув голову на него. — Он в праве решать, что ему делать.
Отец, явно возмущённый словами своего брата, тут же нелепо вставил:
— Но ведь он мой сын!
— А он мой племянник, — сказал дядя Янник, после чего продолжил чуть спокойнее. — Но даже так, будь у меня свои планы на его счёт, я бы никогда не воспрепятствовал его планам. Как-никак у него своя голова на плечах, да и немаленький он уже, Реджис.
— Знаю я… — слегка отступил он, по-старчески выдохнув. — Но он наверняка выкинет потом глупость.
— Не выкинет. Что было в прошлом, то осталось в прошлом. И не тебе судить его прошлые поступки, приписывая их к нынешнему нему.
На этот раз отец окончательно смолк, так что я решил сказать, что именно я так долго ждал.
— Могу ли я полететь домой?
Они оба, так же асинхронно, посмотрели на меня.
— Полетай.
И ответил только дядя. Он и посмотрел на отца, потом на меня, после снова на него.
— Тогда решено, — встал дядь с кресла. — Майкл полетает домой, а ты, Реджис. — посмотрел он на него. — Будешь решать, что делать дальше. Но сразу говорю, вариант у тебя всего один.
— Но почему я не могу?!
— Нет, — сказал он, открывая дверь, а после ведя меня в каталке.
И всё же, моё сравнение их разговора с нашей Федерацией весьма неуместен.
Отойдя на почтительное расстояние от квартиры, дядь решил нарушить небывалую тишину своим комментарием:
— Вроде пятьдесят лет, но ведёт себя как баран.
— У вас так разве не было всегда? — нахмурился я.
— Было, но очень давно, — устало ответил он. — Ещё когда ты не был у него в планах. И поверь, тогда я серьёзно считал его девочкой.
Я посмотрел на Янника, хотя и видел лишь его подбородок.
— Я считал вас более умным, по крайней мере до этого момента.
— Считай, как пожелаешь, Майкл, — лексически отмахнулся он. — В это сложное время это не каждому дано.
— Вы правы, — не стал я говорить обратного, хоть и очень хотелось.
Дальше он молча ввёл меня до второго взлётного пункта, находящегося за административным зданием, где меня ждали Марк с Блассеном, и ещё несколько лиц. У всех них имелся достаточно обширный багах.
— Многовато багажа, — насчитал я в общей сумме семнадцать больших контейнеров на колёсиках, в разной степени ширины и высоты.
Вчера вечером я с товарищами договаривались полететь сегодня. Тогда они назвали поимённо каждого, и уже под пристальным взглядом дяди я смог получить одобрение. Сегодняшний разговор с отцом был нужен лишь для того, чтобы таким образом попрощаться.
— И всё же, ты им обещал, — добавил дядя.
— Да, обещал.
Я тем более был удивлён, когда он отнёсся к этому достаточно тепло. Как-никак, но они всё же заключённые и все дела. Но, по-видимому, он лишь напряг кое-какие связи, и сейчас, вместо четверых легковооружённых солдат, я вижу перед собой лишь двоих наших.
— Я как-нибудь позвоню вам, как только приземлюсь, — сказал я, когда дядя закреплял меня в задней части салона, где было достаточно темно, из-за того, что свет должным образом не попадал сюда.
Я видел, как солдаты помогали занести весь багах в грузовой отсек. Там были и мужчины, и Марк с Блассеном. Женщины же, сидели внутри и пристёгивались ремнями, о чём-то говоря и изредка кидая в меня взгляды.
— До свиданья, дядя Янник, — протянул я ему руку, когда он вновь подошёл ко мне.
Тот кивнул и ответил на рукопожатие, после чего повернулся спиной.
Ну, у меня не осталось выбора. Хотя он и был для меня так наиболее желаем.
