Джастин кивнул и стиснул зубы. На другой исход он и не надеялся, но все равно злился и винил себя в том, что снова не смог отвести опасность от друга. Не смотря по сторонам, парень поплелся к церкви: путь до нее он успел выучить так же хорошо, как дорогу от дома до школы или ближайшего супермаркета. В любой другой ситуации Джас бы уже несся туда, спотыкаясь о каждую кочку, но теперь он медлил и умолял про себя Лукаса, чтобы тот тоже где-нибудь задержался.
Если бы Джастин только знал, что в этот самый момент Лукас решил идти в Ванкувер…
Церковь одиноко стояла вдалеке от других построек, скорбя по тем временам, когда прихожане искали в ней спасение и покой. Однако теперь, когда защита от чего-то сверхъестественного была нужна как никогда прежде, даже верующие отправились на ее поиски в безопасные зоны, от которых мало толку. Покрытые копотью, частично расплавленные колокола безвольно качались из-за поднявшегося к вечеру ветра, но их слабый звон скорее походил на заупокойную песнь, чем на призыв к службе. Несмотря на установившуюся в последние дни жару, от каждого кирпича церкви веяло необъяснимым холодом, но облегчения он не приносил. Напротив, от него стыла в жилах кровь, а кожа покрывалась мурашками. Ничего хорошего этот холод предвещать не мог.
То, что внутри пусто, можно было понять еще с улицы, но сердце Джастина все равно билось в три раза сильнее, чем ему следовало. Уэллс все еще надеялся, что увидит там того, кого искал все это время, и боялся ровно того же. Парень с трудом держал себя в руках, но позволить себе выплеснуть наружу все свои противоречивые эмоции он не мог. Одно его неверное движение дало бы Марлону понять, что что-то не так.
Джастин остановился перед дверями церкви, чудом уцелевшими после пожара, и закрыл глаза, впитывая в себя все звуки и запахи этого места. Ветер тихонько завывал в опустевшем здании, врываясь внутрь сквозь разбитые стекла, с потолка и стен иногда падали кусочки штукатурки, но ни шагов, ни чужого дыхания не было слышно. И все равно Джастин не хотел верить в то, что Лукаса там нет.
– Постойте здесь, – вполголоса сказал Джастин, словно боясь нарушить тишину, в которой призраки жителей Норвуда каждое воскресенье слушали проповедь. – Я проверю церковь, а потом зайдете вы. Я оттуда выбраться не смогу, – добавил он, заметив, как напрягся Марлон. – Сквозь стены я еще не научился проходить.
Лидер ничего не ответил, лишь издал странный звук, больше похожий на рык, но Джастина это не впечатлило. Раз уж Марлон не попытался осквернить еще недавно святое место своим грязным языком, бояться его было нечего.
Двери жалостливо заскрипели, умоляя оставить их спокойно доживать свой век, но Джастин и не думал прислушиваться к их просьбам. Ему нужно было внутрь, даже если никто его там не ждал. Он просто хотел убедиться.
Внутри было еще темнее и тише, чем на улице. Как только тяжелые двери отрезали Джастина от Дилана и Марлона, ему показалось, что время остановилось. Парень сделал шаг, и стук обуви о бетон эхом разнесся по всей церкви. Если бы здесь кто-то был, то уже давно вышел бы посмотреть, кто создавал столько шума. Если, конечно, не был напуган им же.
– Лукас? – осторожно, почти ни на что не надеясь, позвал Джастин, но ему никто не ответил. – Лукас, это я, Джастин. Ты здесь?
Он прошел вдоль скамеек, готовых рассыпаться, лишь дотронься до них, заглянул за каждую, но там никто не прятался. Никого не было ни на хорах, ни под лестницей, ни за алтарем. Джастин был один. Несмотря на двух попутчиков, ждавших его на улице, Уэллс еще никогда не чувствовал себя настолько одиноким. Он и не предполагал, что это может быть так больно.
Не отдавая себе отчета в том, что делает, Джастин стукнул кулаком по стене и тут же пожалел об этом: мало того, что физическая боль не смогла перекрыть душевную, так еще и Марлон мог услышать шум и решить проверить церковь самостоятельно. Его рожу Джас желал видеть меньше всего на свете. Внезапно захотелось оказаться как можно дальше от этого места, несмотря на то, как сильно он стремился попасть сюда последние несколько дней. Джастину хотелось быть где угодно, но только не рядом с Марлоном и Диланом, от которых уже тошнило. В идеале – там, где был Лукас.
Джастин сполз по стене и запустил пальцы в волосы, которые за несколько дней без расчески совсем разбушевались и постоянно лезли в глаза. Лукаса не было в церкви, а значит, нужно было решить, что делать дальше, но Джастин не мог. Его разум зациклился на первой части предложения и отказывался сдвигаться с мертвой точки.
Лукаса не было в церкви.
