Подобное заявление поставило Пенни в тупик, но Джастин не собирался объясняться. Он и так превысил свой годовой лимит по взаимодействию с малознакомыми людьми, а последняя фраза и вовсе далась парню с титаническим трудом. Тем не менее он сказал правду. Другие на месте Пенни вряд ли смогли бы подобрать слова для ответа на подобный вопрос, но дело даже не в этом. Она помогла Джастину понять кое-что для себя. Мир после Пожара не выглядел жизнеутверждающе, а Пенни продолжала искать то, ради чего можно жить не только ей, но и Лиаму. Это делало ее крутой. Это вдохновляло не опускать руки.
– Спокойной ночи, – девушка снова смягчилась. Не было смысла злиться на Джастина за его вопрос. Как-никак он – ребенок, пытающийся разобраться в том, как жить после того, как все остальное погибло.
– И тебе.
Пенни ушла, и Джастин остался наедине с собой и невидимыми за тучами звездами. В тишине и некотором душевном спокойствии, которого он не ощущал уже очень давно.
За свою жизнь Джастин успел повидать много рассветов: он часто не спал всю ночь только ради того, чтобы насладиться ленивым началом нового дня, когда солнце особенно старалось над расцвечиванием облаков. В такие моменты весь мир еще дремал, и никто не мог нарушить тишину и одиночество, которых так не хватало Джастину в течение дня. Во время рассветов существовал только он.
Теперь же все было по-другому, и дело не столько в двух малознакомых людях, находившихся в трех шагах от Джастина, сколько в небе. Оно не окрасилось ни в золотисто-розовые, ни в красно-оранжевые цвета, лишь на улице стало несколько светлее, чем было час назад. В жизнях людей, и без того напуганных огнем, мародерами и жаждой, больше не осталось ничего прекрасного – их лишили даже рассветов, и черное небо стало напоминанием о том, что Лиам кругом прав. Но это все еще не означало, что Джастину пора сдаваться.
Словно услышав звонок будильника, Пенни резко распахнула глаза и улыбнулась новому дню, убеждая саму себя в том, что даже без солнца мир был вполне неплохим местом. Она выглядела свежей и отдохнувшей, словно провела эту ночь не на полу у стеллажа с печеньем, а в комфортабельном гостиничном номере, и ее глаза снова заблестели, несмотря на то, что несколько часов назад они были полны слез. Одним лишь своим присутствием Пенни наполняла заброшенный магазин собственной безграничной энергией, и даже Лиам не смог сопротивляться ей и повторил улыбку девушки, пусть даже криво и неохотно.
Не тратя время на утренние процедуры, Пенни собрала в кучу все, что оставалось в магазине, и сосредоточенно, словно снайпер в засаде, разделила припасы на две неравные части. Одна предназначалась для них с Лиамом, другая – поменьше – для Джастина.
– Тащи сюда свой рюкзак, – окликнула она нового знакомого, бродившего по магазину и безрезультатно пытавшегося размять затекшую шею.
– Зачем? – не сразу понял Джастин, но быстро нашел ответ на свой вопрос. – Да не, не нужно, я как-нибудь…
– Джастин!
Внезапно голос Пенни из мягкого и нежного превратился в строгий и суровый. Джастин вздрогнул: такой голос был у его матери перед серьезным разговором, не предвещавшим ничего хорошего; а еще у Ричардсона, когда он замечал, что кто-то из учеников переговаривался во время контрольной. Оба этих человека теперь остались в другой жизни, которая закончилась всего пару дней назад, и воспоминания о них были слишком свежими и болезненными, чтобы держать себя в руках.
– Тут слишком много, – неуверенно промямлил парень, заведомо зная, что все равно заберет с собой все до последней конфеты.
Пенни молча взяла рюкзак Джастина и, не желая идти на компромисс, доверху набила его печеньем, протеиновыми батончиками и чипсами. Уместить получилось не все: слишком много места заняли три бутылки с водой – настоящее сокровище, которое следовало охранять от случайных прохожих, словно миллиарды долларов, которые заботливо распихали богачи по швейцарским банкам. Интересно, помогли ли им эти деньги после конца света?
– Ты уверена, что мне все это нужно? Вы бы лучше себе побольше взяли.
– Не переживай, пару дней мы точно протянем, а там, надеюсь, уже найдем базу.
– Ты правда веришь в ее существование?
– Людям свойственно держаться вместе. Ты можешь со мной не согласиться, но это правда. Даже ты, пусть и пытаешься от меня отделаться, и не делай вид, что это не так, все равно стремишься найти своего друга, чтобы не быть одному. Это заложено в нашей природе – мы не можем жить вне социума. Естественно, выжившие будут сбиваться в кучи и организовывать свои базы. Как минимум одна такая точно где-нибудь есть.
Ничего не ответив, Джастин потянулся за своим рюкзаком, чтобы забрать его, поблагодарить Пенни за помощь и пойти по своим делам, но девушка остановила его, схватив за руку.
– Ты выглядишь как человек, который не особо заботится о своем здоровье, поэтому прямо сейчас посмотри мне в глаза и пообещай, что не будешь забывать пить и есть. Хотя бы ради друга.
– Обещаю, – после небольшого раздумья ответил Джастин, но руку назад не получил.
