Последнее пробуждение в голубой комнате было таким приятным и радостным, что Святозар даже удивился, открыв очи и ощутив в себе необычайный подъем сил и уверенность в том, что у него все обязательно получится. Он потянулся на ложе, широко раскинув в разные стороны руки, и поднявшись, сел, оправляя длинную голубоватую рубаху. И как только он сел в покои вошла Абуса, она принесла наследнику блюдо с едой, укрытое серебряным колпаком. А когда Святозар поел, внесла его вещи и улыбнувшись, показав ряд белых, словно жемчужных, зубов, добавила:
— Умхатис ДажьБога амесафу санусеф онеф этхонеф!
Святозар, конечно, не понял, что сказала Абуса, но догадался, что нужно одеться. Он поднялся с ложа, и, посмотрев на служанку, молвил:
— Абуса, ты выйди, а я оденусь.
Служанка наклонила голову на бок, пытаясь понять, что говорит наследник, и тихо ответила:
— Амесафу санусеф этхонеф.
— Да, да, я понял, — взяв в руки лазуревую рубаху, пояснил Святозар. — Я буду одеваться, а ты выйди, — и указал рукой на треугольный выход.
Абуса проследила за его рукой, кивнула в знак согласия головой, и, взяв блюдо, укрытое колпаком, с ложа, поклонилась и выплыла из покоев. А наследник тотчас принялся переодеваться. Он снял через голову длинное одеяние, в которое был обряжен, без труда надел рубаху, опашень и штаны и сев на ложе принялся повязывать онучи, которые в воде никак не хотели, ложиться, плотно оборачивая ногу, и обувать чоботы, в которые ноги тоже не желали залазить. Святозар громко пыхтел и сопел, впихивая ногу в чобот, и каждый раз, когда казалось, что чобот обут, онуч внезапно раскручивался или сминался…И тогда наследник вновь принимался заворачивать стопу в онуч и впихивать ее в чобот. Вскоре ему, наконец-то, удалось обуться, и подняться. Святозар немного прошелся по покоям. Впервый момент, поднявшись с ложа у него, слегка закружилась голова, и даже засвистело в ушах, но вскоре эти ощущения пропали. Он сделал еще несколько шагов по комнате, когда в опочивальню вошла Волыня, она была одета, как и в прошлый раз в золотое одеяние и подпоясанная красным поясом, а на распущенных волосах красовалась золотая лента усыпанная белым жемчугом. В руках у морской владычицы был кубок с солнечным нектаром. Богиня увидев, прогуливающегося по покоям наследника, радостно улыбнулась и протянула ему кубок с питьем. Святозар поклонился Волыни, и, приняв кубок, выпил нектар, и в тот же миг легкий красновато-желтый дымок поплыл перед глазами, внутри тела громко застучало сердце, и гулко ухнуло, что-то в голове. Наследник малеша скривил губы, помотал головой прогоняя дымок, и когда вновь перед очами появилось прекрасное лицо морской владычицы, передал ей пустой кубок.
— Теперь деточка. — И Волыня принимая кубок, протянула правую руку, нежно погладила наследника по волосам, едва коснувшись пальцами его лба, да легким движением руки бросила золотой кубок на ложе. — Мы, пойдем с тобой вниз, в тронный зал, затем пройдемся по царству, и ты скажешь мне, как себя чувствуешь.
Богиня была одного роста со Святозаром, она протянула руку взяла его за пальцы правой руки и неспешно повлекла за собой. Они вышли из голубой комнаты через треугольный выход, и остановились. Точно также как и тогда, когда наследник впервые поднялся с ложа, выйдя из комнаты, он почувствовал легкое головокружение и тихий скрежет в ушах.
— Сейчас, ты, привыкнешь, — мягко сказала Богиня, внимательно вглядываясь в лицо Святозара.
Наследник увидел тревогу в глазах Волыни и улыбнулся ей, ощущая, что и свист, и головокружение ушло. Тогда Богиня кивнула и повела его по узкому коридору. Свет в этом проходе был не такой яркий, как в голубой комнате, а наоборот приглушенный, вроде как тускловатый. Справа и слева стены коридора были белыми и словно чешуя на рыбе блестели и переливались. Святозар поднял голову и посмотрел вверх, но, к своему удивлению, потолка не увидел, казалось, что стены уходят куда-то ввысь и исчезают там. Идя рядом с морской владычицей по коридору, они миновали еще один треугольный проход, наследник мельком заглянул, и увидел, там внутри, густой, розовый туман, плотно закрывающий комнату. Они прошли еще мимо двух комнат, которые были также плотно укрыты серебристым и золотым, яркими туманами, а потом подошли к широкой и высокой белой нише в правой стене. Волыня вошла в нишу, а следом в нее шагнул наследник. Богиня отпустила пальцы Святозара, и в тот же миг из пола вверх бесшумно поползла тонкая, точно стеклянная стена, она закрыла нишу, запечатав их внутри, пол под ногами нежданно дрогнул и показалось, что ниша поехала вниз.
— Не тревожься, — негромко заметила морская владычица, увидев встревоженное лицо наследника. — Скоро мы будем внизу, это так называемый крутень, который доставит нас в тронный зал.
— Это, чтобы по лестнице не спускаться, да? — улыбаясь, спросил Святозар, и погладил гладкие белые стены ниши с красными прожилками внутри.
— Правильно, деточка, это, чтобы по лесенке не ходить, — ответила Волыня и тоже улыбнулась.
