Помню то лето в студенческие годы, когда нас, желающих студентов, готовых к приключениям и не боящихся трудностей, отправили по программе «Работай и учись» за Кордон. Мне досталось волшебное место с его золотыми пляжами, волнующим океаном, солнцем, не желающим заходить за горизонт, и природой, напоминающей райские сады.
Я поселилась на втором этаже уютного деревянного домика в городке, тянущемся вдоль побережья, где дома рассыпались средь высоких многолетних сосен, где пляжи, окаймленные зелеными пальмами и цветущими магнолиями, простирались толстой полоской золотого песка вдоль кромки пенящихся вод океана. В летний сезон этот маленький уютный городок превращался в эпицентр туристического безумия и раздувался от жизнерадостных приезжих, мельтешащих повсюду.
Днем я отправлялась на курсы языка, культуры, истории того места, куда попала, а вечером подрабатывала в баре на берегу. Я могла бы и не работать, но эта была прекрасная возможность общаться с людьми, изучая живой язык, манеры, привычки, саму жизнь изнутри. И конечно это была прекрасная возможность любоваться закатами, слушать пение океана и познавать тот мир, который с каждым днем переставал быть чужим.
В этом далеком от дома уголке я приобрела двух хороший знакомых, с которыми поддерживала отношения до самого переселения, но потом, как и со всеми, нас развела судьба или вернее Режим. Именно там я ощутила первую влюбленность, трепет, отчаянное желание принадлежать, желание отдавать, желание дышать одним воздухом, жить прикосновениями, томиться в ожидании следующей встречи. Молодой сёрфер, загорелый, с выгоревшими от постоянного нахождения на пляже светлыми волосами, озорной улыбкой и светлыми глазами, обучающий детей этому нелегкому занятию. Его тело было апогеем всех мечтаний молодых девушек – ни грамма лишнего, только мышцы, твердые, упругие, соблазнительно-шоколадные.
Вечерами, после работы мы бродили по пляжу, держась за руки, целовались до изнеможения, срывали одежду и отдавались в бархатные руки нашего общего океанического друга. Волны разбивались об обнаженные тела, пена окутывала ноги, а морские поцелую солью обволакивали кожу тонкой снежной сорочкой. Мой сёрфер, покоряющий непокоренный океан, и гигант, не замечающий нас в своих водах, слились в то лето в одну первую любовь и первую страсть, в мой единственный курортный роман, записанный запахом магнолий и олеандров в стостраничном романе памяти.
Я чувствую, как тело горит от воспоминаний жарких танцев в прибрежных барах, громкого смеха счастливых студентов всего мира, оказавшихся в этом сказочном созвездии песчаных берегов. Мурашки пробегаются по коже, словно от ласкающих соленых рук прохладного океана, то нежного любовника, то безудержного монстра.
Солоноватый запах тины всплывает в сознании, я его чувствую внутри себя, в себе. Ощущение, что при воспоминаниях моя кожа начинает источать эти запахи, запахи прошлого.
Будильник, извещающий о необходимости идти на работу, со скрежетом вырывает меня из сладостного забытья и переносит лифтом времени в двадцатиметровый куб реальности.
- Пора на работу, - констатирую я сама себе.
На работе тело механически выполняет заученные движения, мозг полностью дестабилизирован, сознание отстранено. Чувствую, как всё тело пытается насытиться кислородом, словно ищет трубку от баллона с воздухом.
«Надо вновь выйти!» - твердо решаю я.
Рабочей день закончен, душ принят, мысли сосредоточены на цели.
Пришлось отказаться от похода в ресторан с Алексом. Не хочу сегодня его видеть, слушать бестолковую болтовню о
Я сегодня даже пропустила пятничный тимбилдинг с рабочей командой. Раз в две недели мы должны встречаться в каком-нибудь развивающем порту
