— Мне скоро надо будет уйти, но немного времени еще есть. А что такое? — с интересом осведомилась Сарада.
— Да хотел сказать тебе кое-чего, но пришла Нана и я не успел. Скоро у меня совсем не будет времени и я не знаю, когда теперь смогу увидеться с тобой вот так вдвоем.
— Заходи, — Сарада пригласила его внутрь комнаты. Злость на Химавари ушла на второй план, уступив место любопытству. Что он ей скажет?
— Помнишь, я говорил когда-то, что буду тебя защищать? — спросил Боруто, зайдя в комнату.
— Да… — Учиха немного растерялась. К чему он ведет? — Но… Мне кажется, что теперь у тебя появился человек, который нуждается в твоей защите больше, да и я не самая слабая куноичи в деревне.
— У меня есть Нана, и я люблю ее. И у тебя есть Иноджин. Но, — во взгляде Боруто сверкнула решительность. — Знай, Сарада, что ты являешься совершено особенным для меня человеком! И на это никак не влияют ни мои отношения, ни твои. Поэтому… Ты всегда можешь рассчитывать на меня!
— Боруто… — Глаза Сарады расширились. — Спасибо, Боруто. Я буду об этом помнить. Ты тоже… всегда можешь на меня рассчитывать.
— Знаешь, Сарада… — Узумаки улыбнулся и почесал затылок. — Я недавно говорил с отцом. Об отношениях. Он любит маму и счастлив с ней, твои родители тоже любят друг друга, но… Твоя мама занимает особенное место в сердце моего папы. Как он ее называет, Сакура-чан. Как-то даже ее имя по-особому произносит. И без всякого дурного смысла. Что бы ни случилось, она всегда может на него положиться! Мне кажется, что у меня и тебя примерно то же самое…
— Боруто… — Сарада была тронута откровенностью своего друга. Эти слова согрели ей сердце. — Меня тоже всегда восхищали отношения наших родителей. У тебя чудесный отец, Боруто.
— Раньше я этого не ценил. Обзывал его негодным старикашкой… — Узумаки виновато улыбнулся.
— Это все в прошлом! — Сарада приблизилась к своему другу и обняла его. — Спасибо тебе за все, Боруто.
— Звучит так, как-будто мы расстаемся навсегда, — он обнял девушку в ответ.
— Нет-нет, — Сарада разжала объятие и сделала шаг назад. — Но все изменится. Когда мне было одиннадцать лет, и папа годами не бывал дома, он говорил, что все равно его чувства связаны с мамиными. Так вот, наши с тобой чувства, хотя они и другие, тоже будут связаны.
— Хорошо сказано, Сарада. Я ведь за этим и пришел. Теперь я могу со спокойной душой заниматься устройством своей дальнейшей жизни.
— А я своей.
— Ладно, — парень бросил взгляд на часы. — Пойду я. Не буду тебя задерживать. Они еще раз друг на друга посмотрели.
— Угу. Пока, Боруто!
— Пока, Сарада, — с этими словами он покинул ее комнату.
После этого визита у Сарады стало очень легко на душе. Теперь она окончательно убедилась, что Боруто не страдает из-за нее, а его влюбленность, о которой ей поведала Химавари, трансформиловалась в ту особую привязанность, про которую он только что говорил. Место девушки, предназначенной для романтических чувств, теперь заняла Нана. Очень похоже на ситуацию у их родителей, о чем Сараде когда-то рассказывала мама. Учиха поймала себя на мысли, что она даже на Химавари теперь злилась меньше, хотя буквально только что была готова рвать и метать.
В приподнятом настроении Сарада собиралась на свидание с Иноджином. Теперь ее мысли переключились на возлюбленного, и она с замиранием сердца предвкушала предстоящую встречу. В период миссии и путешествия Сараде было не до нарядов, поэтому сейчас ей хотелось одеть что-нибудь поэлегантнее. Учиха достала из шкафа белую рубашку в обтяг и длинную темно-синюю юбку. Этот комплект был ей весьма к лицу.
Девушка посмотрела в зеркало и улыбнулась — наряд сидел на ней превосходно. Распустив и расчесав волосы, она вышла из комнаты. В это время за ней как раз зашел Иноджин.
— Привет! Хорошо выглядишь, — юноша стоял на пороге, окидывая Сараду загадочным взглядом. — Это тебе, — он протянул ей веточку алой сирени.
— О… — девушка взяла растение и улыбнулась. — Спасибо, — она, прикрыв глаза, вдохнула его аромат. — Уверена, он со смыслом.
— У меня цветы всегда со смыслом, — ответил парень. — Посмотришь после прогулки. Идем?
— Да, сейчас, только поставлю в воду…
На Коноху опускались сумерки. Влюбленные медленно шли, взявшись за руки, по одной из больших улиц. Разговоры людей, музыка и прочие звуки вечернего мегаполиса сливались в один сплошной гул.
— Как приятно оказаться дома, — произнесла Сарада, вдохнув полной грудью. — Люблю я нашу деревню.
— Теперь она не очень-то похожа на деревню, — заметил Иноджин. — Хотя, и в нашем детстве похожа не была.
— Да, я всегда говорила, что это не деревня, а город, — сказала Учиха. — Я иногда думаю, что было бы здорово попасть во времена детства наших родителей и посмотреть, как все было тогда.
— Ну, такой техники пока еще не изобрели, — улыбнулся ее возлюбленный. — Но признаюсь, что и мне было бы интересно. А так мы можем судить лишь по фотографиям и рассказам.
— А еще я бы посмотрела на то, как наши мамы ругаются из-за моего папы, — произнесла с ухмылкой Сарада.
