На подступах к наружным вратам заповедника мы никого не застали. Наглухо закрытый объект не принимал у себя гостей. После инцидента с «Цербер» все проекты касательно протеан были засекречены. В комплекс можно было зайти, лишь имея высокий доступ, где нас и встретил Джон Шепард с двумя бойцами. За те два года он кажется слегка поднабрал, появились морщины вокруг глаз. К слову из спектров он не был единственным. Как говорила Нойша, сейчас никого не удивишь землянином в их рядах. Вместе с ним был старый смутно знакомый человек с горой мускул и ещё одна женщина.
— Куратор С’Лоана, как долетели? — добродушно начал Шепард.
— Быстро. Слишком быстро, — намекая об упущенном отдыхе, и посматривая на меня, ответила Нойша.
— Джон Шепард, — поприветствовала я мужчину.
— Митра Сурик? Что ж, я не удивлен.
— Кхм-кхм, Шепард, — откашлялся его напарник.
— Знакомьтесь, спектр Джеймс Вега.
— Пока только стажер, — улыбнулся здоровый мужчина моложе Джона.
— И спектр Кику Тамико.
— Рада знакомству, — слегка поклонилась женщина.
— Что нашли? — не стала я ходить вокруг да около.
— Доктор Т’Сони и доктор Нувани вам всё покажут, — позвал за собой Шепард.
После буферного шлюза, наконец можно было снять шлем и подышать полной грудью. Секретный научный комплекс «Светоч Прометея» не мог похвастаться просторами и напоминал тот же подземный город Протеан только в малых размерах.
Археологическая лаборатория под заповедником представлял собой специализированное научно-исследовательское учреждение, предназначенное для изучения и сохранения древних артефактов и останков. Она располагалась вокруг центрального энергетического стержня в подземном пространстве, что обеспечивало оптимальные условия для работы с чувствительными к свету и температуре материалами.
Мы спускались на глубину в несколько метров. Над каждой дверью везде были экраны с различными показателями, чтобы поддерживать стабильную температуру и влажность, необходимые для сохранности артефактов. Научный штат в лице семи ученых нашелся в главной лаборатории, посреди микроскопов, рентгеновских аппаратов, спектрометров и других приборов. И на главном столе под лампами внутри стеклянного купола находился знакомый куб с символикой Ину. Ученые активно обсуждали что-то между собой и зашептались, заметив гостей.
— Вы прибыли, надеюсь, буря не застала вас врасплох, — начала Лиара. Она нисколько не изменилась за это время. Как уже не раз говорила, с азари так всегда.
— Ты сообщила, что это важно. Это из-за него? — указала Нойша на куб.
— Не только, Нойша С’Лоана. Этот куб мы нашли перед входом в небольшую комнату с креслом. И они явно отличаются от технологий Протеан. Мы сверились с данными от Митры и нашли сходства. Можно с уверенностью сказать, что это осталось от древней расы Инусаннон.
Хм… Этот куб… От него веет слабой Силой. Я что-то такое уже видела… Это вроде куб памяти.
— Где это кресло? — спросила я, готовая первым делом проверить интерфейс управления.
— Внизу. Мы пытались активировать его, но пока безуспешно. Выяснили, что оно должно питаться энергией, наверное, от ядра планеты, но при раскопках ничего не обнаружили. Никаких кабелей или антенн.
— Снова это кресло… — взвыла в мыслях Нойша, узнав, о чем идет речь.
— А что вы сейчас делаете с кубом? — спросила я, заметив вокруг куба кучу локаторов.
— От него исходят слабые сигналы, вот и пытаемся расшифровать. Думали, тут будет как с теми маяками протеан, всего-то нужен их шифр…
— Оказалось, что нет, — ответил вместо Лиары Шепард, как еще один носитель шифра.
— Оно и не удивительно, потому что этот артефакт не Протеан.
Далее мы спускались еще глубже, где возобновились строительные работы, расширялась инфраструктура комплекса. Системы безопасности красочно намекали о не самых приятных условиях в обнаруженной новой комнате. Мои надежды рухнули сразу на пороге. Никакой Силы здесь и в помине не было. Вообще.
— Мы пытались демонтировать. Но оно слишком тяжелое и прочное.
— Не стоит. Оно не рабочее.
Разве что как памятник только можно использовать.
— Да? — уставились на меня все взгляды.
— Точно.
Остается надежда только на куб, у которого тоже, подозреваю, будет мало полезной информации. Хм... Великая Сила… Кажется я начинаю уставать от всего этого. Ищешь ответы, ищешь, взамен получаешь лишь новые вопросы. А времени у нас не так много.
Марс играл ключевую роль в становлении Человечества в таком виде, в каком они сейчас являются. Именно здесь началось их покорение звезд с открытием протеанских технологий и нулевого элемента. Так что не удивительно, как люди относились к заповеднику с некоторым почтением, и я не редко замечала косые взгляды персонала в сторону трёх «чужаков» в их сакральном месте. До включения в проект Лиары и Трии всем комплексом руководила доктор Ева Уайт. Строгая на вид женщина в круглых очках. Она была предельно холодна со всеми, но знала свое дело и всеми силами радела за него, не скрывая своего неодобрения по поводу вмешательства спектров.
