После обороны лагеря началась подготовка к штурму. Одичавшие пару раз обстреляли Оазис. В основном они целились по лечебнице Мордина. Чуть позже стало яснее, за чем они прибыли. Было видно, что они хотят забрать с собой «Скорбь Ину», что даже притащили мощную инженерную технику и какую-то буровую установку.
Я велела своим остаться в лагере.
— Почему? — спросила Джиллиан.
— Раз так хотят это оружие, то пусть увидят, какова цена его использования.
— Что это значит? — обменялись взглядами азари.
— Увидите. Но вы должны остаться здесь. Лучше помогите Мордину и пострадавшим.
Я запрыгнула в конвой на первых рядах, когда началось полномасштабное наступление в руины. Самоходные ракетные системы, несмотря на свои устаревшие системы, исправно выполняли свои функции, подавляя огнем позиции врага и разрушая остатки руин. Такой шум и гам точно не пришелся по душе Калрос. А обезумевшие кроганы с двух сторон и не думали отступать. Обе стороны точно были готовы пасть здесь.
Та, кого все боялись, скоро явила свой монструозный лик. Праматерь молотильщиков нападала на всех без разбора. Несколько машин Рива внезапно утонули в песках, не добравшись и до границ руин. Стало ясно, лучше не сходить с твердой плоскости, некогда дорог города. Руины Города Предков объял хаос. От взрывов и неумолкающих выстрелов стирались остатки прошлого.
Да уж... Прям чувствуется их бережное отношение к священным местам. Передо мной одну колонну авангарда разнесло в пух от прямого попадания ракеты. На первый взгляд было вообще не понятно, кто с кем воюет. Некоторые умудрялись стрелять в тушу Калрос, но пока без существенного урона.
Смерть за смертью насыщалась настрадавшаяся земля под ногами. От каждой лишенной жизни вокруг заряжалось само оружие, усиливалось эхо смерти. Прорвавшись на подступах в центр, я в числе первых прорвалась внутрь руин. Из-за угла к нам выскочила огромная тварь, на спине которого сидел копейщик одичавших. Лишившись части головы, тварь издала вопль и скинула с себя наездника. Мощная туша копейщика ударилась о камни, где я добила его, проткнув голову клинком.
Поднявшийся вихрь песка от буйства Калрос поблизости помог мне скрытно добраться до «Скорби Ину». Под защитой пирамиды, я могла не беспокоиться за минометный обстрел. Рядом с главным входом устранила четверых караульных. Судя по следам, некоторые из одичавших уже внутри. До зала с креслом я добралась быстро. Судя по шуму, кроганы пытались включить сферу, а сейчас разбирались с креслом. Судя по боевому окрасу, это был один из вождей. Его охрану я перебила одного за другим, пока не остался он один.
— Это оружие принадлежит нам! — кричал вождь одичавших, харкая кровью передо мной после удара о стену.
— И ради этого ты устроил бойню?
— Ты – чужак! Это не ваш мир!
— Раз уж так жаждете смерти... Не вините меня, — дотронувшись сферы, я отдала мысленный приказ об активации оружия.
— Что ты сделала?!
— Выйди наружу и увидишь, — я велела ему встать и пройти со мной.
***
Первое применение «Скорби Ину» пришлось на самих жителей Тучанки. Урднот Рив со своими воеводами практически добрался до центра города, где возвышалось древнее оружие. Он давно потерял из вида Митру, но точно видел, что та была далеко впереди. Вдруг его животные инстинкты завопили об опасности. Вождь резко остановился в сотнях метров от своей цели, где было чисто. Он жестом остановил своих бойцов и тут кто-то крикнул: «вверх!».
Вершина черной пирамиды раскрылась, подобно цветку, и начала светиться пурпурным цветом, собирая ядро энергии. Он тут же приказал всем отступить, но в пылу битвы, ярости и боевого азарта у многих кипела кровь жажды битвы и мало кто прислушался к приказу. К изумлению своих братьев, Рив побежал назад... Как трус, сказали бы его собратья. Однако, за ним последовали остальные, кто так же учуяли неладное, вернув ясность рассудка. Пришла Смерть. Она косила всех, не видя разницы между ними. Подобно сходящей лавине, эпицентром которого стала древняя реликвия предков, добралась до каждой живой души.
Объятая страхом смерти Калрос остервенело напала на оружие инусаннон. Она обвила пирамиду в несколько рядов и пыталась задушить, раздавить, но яркая вспышка сферы и хлопок низвела на нет её усилия и жизнь. Уцелевшие кроганы наблюдали, как погибает праматерь молотильщиков. Когда сфера потухла, смерть остановилась. Вместе с ней умолкли и выстрелы. Никто не решался сделать шаг в сторону черной пирамиды.
Между тем спустя некоторое время из пирамиды спокойно себе вышла чужачка вместе с вождем одичавших. Ступив на окровавленные пески, она осмотрела на усыпанное телами округу и словно к чему-то прислушивалась. Митра нашла среди тел раненого. Дикий кроган находился при смерти и тянулся к взрывчатке на поясе. Его налитые кровью глаза с ужасом смотрели на, казалось бы, хрупкого и слабого человека.
— Стоило оно того? — спросила она охрипшим голосом. Резкий взмах алым клинком и остатки жизни покинули тело крогана.
Полные растерянности и сомнения воинственные кроганы смотрели на приближающийся силуэт.
— Урднот Рив.
— Митра Сурик.
