Прошла неделя с момента покушения и я не знала что делать. У меня было ощущение, что меня медленно сводят с ума. Все семь прошедших дня, господин Сайрус приходил с утра и вежливо, но непреклонно, забирал Давида на беседу. Почти сразу же после их ухода, появлялся Владыка Леонид и меня куда-нибудь приглашали.
В первый день мы просто гуляли по саду. Причем он будто решил провести урок по ботанике, рассказывая какие цветы растут в его саду. Не сразу, но я вдруг осознала несоответствие между тем, что мне говорил Давид и тем, что рассказывал Владыка. Многообразие цветов было именно таким, как приходили ко мне в видениях. Я даже потрогала некоторые из них, когда мужчина подарил мне букет, с искренними извинениями за сложившуюся ситуацию.
На следующий день, правитель этого государства привел меня на берег пруда. Я здесь была в первый день своего прибытия, кажется, он это очень хорошо запомнил. Меня ждали дети, с которыми я играла до самого обеда. Когда пришел Давид, мы лакомились потрясающими пирожными и горячим шоколадом. Он не стал забирать меня оттуда, но и сам не остался.
На третий день, я посетила творческую выставку. Когда на мой напряженный вопрос, куда мы направляемся, Леонид радостно ответил: "На выставку", то я чудом сдержалась от пощечины уже во второй раз. Впрочем, мое плохое настроение быстро исправилось. На выставке оказались разнообразные скульптуры и что самое главное, из посетителей мы с Владыкой были одни. Я смогла вдоволь "на смотреться" на произведение искусства.
Четвертый и пятый день, мы ездили к океану. Хоть я ничего и не видела, но запахи витавшие в воздухе говорили мне многое. Соленый ветер, брызги воды, крики птиц и ...рядом шагающий мужчина.
Владыка Срединного государства начал прочно обосновываться в моих мыслях. Он дарил мне такие потрясающие эмоции и впечатления, что я просто не могла его игнорировать. Хотя и честно пыталась. Меня злило, что Давида все время уводят, а меня вынуждают принимать приглашения. Но все было обставлено так красиво и вежливо, что просто не было возможности отказаться. А когда я уже оказывалась на самой прогулке, тяжело было оставаться равнодушной.
Шестой день мы провели в месте, где делался их знаменитый шоколад. Хоть я ничего и не видела, Владыка описывал каждый шаг приготовления лакомства, стоя совсем близко рядом со мной и давая попробовать разнообразные варианты вкусного десерта. А на седьмой, гуляли среди вишневых деревьев, где мужчина угощал меня крупными и сладкими ягодами.
Мне бы следовало разъяриться или попробовать прекратить это встречи, на радость Давиду. Но наш гостеприимный хозяин не проявлял ко мне не уважения. Все было так чинно и вежливо, что я самой себе казалась отвратительной. Вместо того чтобы радоваться такому отношению, я злилась на его равнодушие.
Желание ощутить новый поцелуй от Владыки стало манией для меня, и я не понимала, как такое возможно? Ведь я уже смирилась с тем, что не умею любить и желать, как обычные люди. У меня была дыра за место сердца, которая лишь брала чужую любовь.
Давида отпускали примерно к обеду, но всякий раз к разному времени. Судя по его напряжению и мрачному настроению, на этих беседах он просто терял время. А Давид терпеть не мог, в пустую тратить время. Наверное, именно поэтому, на очередное предложение о выступлении, он вдруг ответил согласием.
На мои вопросы он лишь съязвил, что я итак праздно провожу время, можно и немного поработать. Я не стала спорить, но почувствовала, что отсчет времени до моего нового наказания - начался. Давид безумно ревновал, но сделать ничего не мог, и судя по всему, это будет моей ношей. Впервые мы попали в ситуацию, когда не могли действовать, даже сопротивляться. Ведь по сути, с нами обращались очень вежливо и тактично, не чему было противиться.
Любая попытка к бегству была бы провальной, просто потому, что не было причины бежать. Нас официально попросили дождаться конца расследования, о ходе которого даже рассказывали, правда без подробностей.
В противовес настроению Давида, Владыка Леонид, будто с каждым днем был все счастливее. Он стал смеяться. Когда я услышала его смех в первый раз, то замерла в ступоре. Звуки были столь знакомыми, теплыми и родными, что я покрылась мурашками с головы до ног.
После этого дня, воображение мне стало настойчиво рисовать мужчину, которого я когда-то видела в смутных видениях. Он прочно стал ассоциироваться с правителем этих земель. И теперь, когда смеялся Владыка, мужчина в моем сознании тоже улыбался красивой улыбкой. Его темные глаза светлели, а складочка между бровей разглаживалась. В блестящие чёрные волосы хотелось запустить пальцы, чтобы проверить насколько они шелковистые.
