— Естественно. Система разработана военными. Ввиду всепроникающей способности нейтрино и его слабого взаимодействия с веществом перспектива создания альтернативных систем связи не казалась такой уж фантастической. В частности, рассматривались варианты по возможному созданию нейтринной связи с подводными лодками, находящимися на глубине, или передачи информации сквозь Землю. Так-то. Просто…
— Оборудование того времени было так себе, — перебил Аверин.
— Именно, — кивнул Титов. — Нейтрино оставался неуловимым до недавнего времени. В две тысячи одиннадцатом году в прессу просочилась информация относительно того, что нейтрино способен перемещаться в пространстве со скоростью, превышающей скорость света!
— Он действительно это может? — спросила Женя.
Титов отрицательно качнул головой.
— Этого не может ничто в нашей Вселенной.
— А как же ваш корабль? — Аверин недоверчиво прищурился.
Титов холодно ответил:
— Мой корабль может развить скорость, численно равную скорости света, но я не могу сказать, что при этом станется с экипажем, да и с самим кораблём. Возможно, это один из вариантов, как можно совершить «скачок», или же, как говорит наша Светлана, «плыть».
— Мне кажется, зря вы всё это затеяли, — Женя обхватила руками плечи.
— Отнюдь, — тут же отреагировал Титов. — Наша скорость составит всего каких-то там сорок тысяч километров в секунду, перед нами, по курсу, будет нестись стайка добросовестных нейтрино, которые при встрече с массивными телами просто оповестят нас об опасности.
— Вы же только что сказали, что этим нейтрино не очень-то нравится взаимодействовать с другими частицами, — Аверин снова подозрительно прищурился.
— Обычным — да, но стоит некоторым из них сообщить большую энергию, как всё кардинально меняется! Частицы начинают реагировать со встречным веществом. Нам останется просто следить за их поведением и принимать соответствующие выводы. Нейтрино — это частица будущего! Нужно лишь найти способ окончательно подчинить его своей власти.
— А в праве ли мы это делать? — растянуто проговорила Женя.
Титов развёл руками.
— Как-то иначе мы попросту не можем. Человечество постоянно развивается, стремится к открытиям, к обретению чего-то нового. Согласитесь, не так-то просто открыть новые горизонты, но если не пытаться их преодолеть, кто знает, чем впоследствии может обернуться для всего человечества подобная беспечность. Сейчас мир зациклен на самом себе, вновь и вновь крича во всеуслышание, будто всё происходящее — это плоды эволюции. На деле же, всё может обстоять совершенно наоборот: вдруг это тупик, а мы, сами того не ведая, несёмся на бетонную стену, пуляя салют и весело улюлюкая? А нас, при этом, только погоняют.
— «Древо свободы время от времени нужно орошать кровью патриотов и тиранов», — Аверин отвернулся.
Титов ничего не ответил, будто не расслышал последней фразы.
— Так что не стоит опасаться метеоритов или чего-то ещё, что может повстречаться на нашем с вами пути — Малыш обязательно предупредит.
— А если вдруг форс-мажор? — снова насел Аверин.
Титов лаконично ответил:
— С той же долей вероятности, опасно управлять трёхколёсным велосипедом, выкатившимся на проезжую часть.
— По-вашему, мы как младенцы? — Женя грустно вздохнула. — Жаль.
— Так что же с генератором? — спросил Аверин.
Титов немного помолчал, припоминая первоначальную тему разговора, потом размеренно заговорил:
— Основная проблема перегрузок и высоких скоростей — это очень низкая выживаемость человека, да и любого организма, жизнь которого основана на углероде. В среде научно-фантастической литературы действует такое понятие, как «малиновый морс».
— Малиновый морс? — не поняла Женя.
Титов кивнул.
— Сейчас объясню. Кто-нибудь из вас слышал, что при соблюдении определённых условий человек может взлететь, подобно птице?
— Это что же, предварительно нужно продать душу дьяволу? — Аверин смотрел уже не подозрительно, а в большей степени насмешливо. — Или проконсультироваться с Дедалом?
— А вот и не смешно, — лаконично отрезал Титов. — Существуют реальные расчёты того, что человек может взлететь: достаточно взмахнуть обеими руками, одновременно, вдоль вертикальной оси тела с частотой восемь герц, — Титов помолчал, ожидая очередной реплики Аверина, однако тот лишь смотрел на собственные руки и раскачивал головой; Женя тоже пристально изучала ладони.
Титов откашлялся.
— Если выполнить данное условие, под телом возникнет своеобразная воздушная подушка, которая оттолкнет объект эксперимента вверх. Естественно, это нельзя назвать полётом в полном смысле этого слова. Но как же тогда это назвать?..
— А как вы вообще это себе представляете: взмахнуть руками вдоль вертикальной оси, да ещё восемь раз в секунду?! Я, вон, и разу-то махнуть не могу! — Аверин вновь и вновь взмахивал руками, в надежде взлететь, однако вскоре потерял к глупой затее всяческий интерес. — Тот, кто вывел это НЕЧТО, наверняка Нобелевскую премию заполучил!
— Может и заполучил, — отмахнулся Титов, — суть не в этом. Главное, вы уяснили, что это невозможно.
— Что? — не понял Аверин. — Тогда к чему весь этот сыр-бор?
