Все умеренные силы в народе были взволнованы и полны надежд, несмотря на колебания и отвращение к Арафату. Подписание первого соглашения в саду Белого дома было впечатляющей церемонией, и очень хотелось верить, что перед нашими глазами открывается новая страница истории. Видеть стоящими в одном ряду, на глазах у всего мира, президента Клинтона, главу нашего правительства Ицхака Рабина, Ясера Арафата и Шимона Переса, который был присоединен к тройке руководителей за его большой вклад в этот процесс… Все руководители, кроме Рабина, улыбались, особенно Арафат. Рабин был серьезен и сдержан. Можно было ощущать буквально физически, как трудно ему, старому солдату, всю жизнь воевавшему против палестинцев, пожимать руку Арафату.
В дополнение к официальному соглашению Рабин и Арафат обменялись письмами, в которых уточняются обязательства сторон. Рабин от имени правительства обязался «признать ООП представителем палестинского народа и вести с ней переговоры в рамках процесса мира». Письмо Арафата содержало обязательство от имени ООП «продолжать процесс мира и урегулировать конфликт между двумя сторонами мирными средствами, отказаться от террора и других действий насилия».
Все это звучало для нас, людей умеренного лагеря, как дивная музыка. Мы так хотели верить в жизнь без террора и войн!
После подписания этого соглашения, которое было по сути дела декларацией о намерениях, начались практические переговоры, результаты которых были обобщены в документе из четырехсот страниц и получили название «Осло-2». Наши представители, включая Рабина и Переса, вели переговоры с Арафатом и его людьми в течение сотен часов. В тот период у нас развилась своего рода «мода на Арафата», похожая на моду поездок в Каир сразу после подписания мирного договора с Египтом. Многих израильтян вдруг обуяло желание встретиться с «раисом», в надежде убедиться, что его устрашающий образ не соответствует реальности. Многочисленные делегации побывали у него, а он играл роль радушного хозяина и всячески старался ублаготворить гостей. Он со своей стороны хотел изменить свой имидж террориста и создать себе репутацию «доброго дядюшки Ясера», в то время как в переговорах очень жестко отстаивал свою линию.
Союз журналистов организовал несколько делегаций для встречи с ним. Я могла участвовать в одной из них, включавшей журналистов русскоязычной прессы, но отказалась. Манеры Арафата как добродушного дядюшки казались мне ужасно фальшивыми. Мир – да, охотно; симпатия – нет. Можно перестать убивать друг друга, но любить необязательно.
Соглашение «Осло-2» привело к созданию палестинской автономии, определило ее полномочия и взаимоотношения с израильскими органами власти и безопасности. По количеству страниц документа можно судить, насколько это было сложно. Народ в целом не знал содержания документа и вынужден был довольствоваться цитатами, которые публиковали осведомленные журналисты. Известны были только даты: переговоры об окончательном урегулировании должны были начаться в мае 1996 года и закончиться в октябре 1999 года подписанием соглашения, которое будет означать конец кровопролитного конфликта между Израилем и палестинцами.
Хозяева газеты, в которой я тогда работала, поехали со мной в Иерусалим; там, в здании кнессета, я должна была встретиться с Йоси Бейлином, самым авторитетным знатоком во всем касающемся соглашений Осло – первого и второго. Главный вопрос, который я хотела задать ему – что будет дальше. Как должны развиваться события после подписания второго соглашения.
Бейлин был восторженным пропагандистом процесса Осло. Израильские и зарубежные журналисты, дипломаты и делегации занимали очередь у его кабинета. Нам пришлось немножко подождать, пока он закончит беседу с членами японской делегации.
Во время ожидания в приемной перед кабинетом я видела Рабина проходящим по коридору в сторону зала пленарных заседаний кнессета. Выражение его лица было мрачным. Мы знали, что он переживает тяжелые дни, что правая оппозиция яростно выступает против процесса урегулирования с палестинцами.
Перед встречей с Бейлином я читала много статей о процессе Осло. Особенно сильное впечатление произвела на меня статья ныне покойного историка и публициста Мирона Бенвеништи. В ней автор с помощью фактов и карт доказывал, что из-за еврейских поселений, построенных в различных точках Западного берега, передача этих территорий под власть палестинцев невозможна. Чтобы осуществить один из главных пунктов соглашения, нужно будет выселить всех поселенцев, что чревато вспышкой гражданской войны в Израиле.
