— Подожди… — начинаю я, мой голос дрожит, пытаюсь отстраниться, но он не слушает. Его руки внезапно оказываются повсюду, грубые и быстрые, задирают мою одежду, а его рот без предупреждения приникает к моему. — Нет! — бьюсь о его грудь, паника поднимается в горле, но он сильнее, чем я ожидала. Мое сердце бешено колотится, дыхание становится поверхностным, когда я пытаюсь оттолкнуть его. — Остановись!
Он не останавливается. Вместо этого прижимается сильнее, его руки блуждают там, где им не место, и меня охватывает страх. Мой разум теряется, оказавшись в ловушке растущего ужаса момента.
Внезапно я слышу знакомый голос — рев ярости.
— Коа? — успеваю вздохнуть я, как Шарля отрывают от меня, тело отлетает назад к стене с сильным ударом.
Коа в мгновение ока оказывается на нем, кулак врезается в лицо Шарля. Один удар, затем другой, и каждый наполняется яростью, которую я никогда раньше в нем не видела.
Шарль падает на пол, стонет от боли, но Коа не останавливается.
Он собирается уничтожить его, а я думаю только о том, что он убьет его, если ничего не сделаю.
— Коа, остановись! — бросаюсь вперед, хватаю его за руку, мой голос срывается. — Пожалуйста, остановись!
Он приостанавливается, тяжело дыша, грудь вздымается, когда он стоит над Шарлем. В глазах дикая ярость, мышцы челюсти сжаты так сильно, что кажется, они могут лопнуть. Затем поворачивается ко мне, интенсивность его взгляда заставляет меня отшатнуться назад.
— Он, блять, трогал тебя, Мэл! — Его голос грубый, полный яда. — Ты хоть понимаешь это?
Я вздрагиваю от его слов, мое сердце колотится уже по другой причине.
Не знаю, что ответить, мои мысли все еще путаются от того, что только что произошло.
Но прежде чем успеваю заговорить, Коа отталкивает от себя Шарля, его тело дрожит от едва сдерживаемого гнева.
Не говоря ни слова, хватает меня за запястье и проносится мимо, увлекая за собой.
Я спотыкаюсь, едва поспевая за его длинными злыми шагами, когда мы пробираемся сквозь толпу, выходим из паба на прохладный ночной воздух. Мое запястье болит, от того как он его сжимает, но ничего не говорю. Да и не думаю, что смогла бы, если бы захотела.
Он тащит меня к машине, все еще в ярости, челюсть крепко сжимается, он открывает дверь.
Я молча опускаюсь на пассажирское сиденье, сердце колотится в груди. Тишина между нами густая, удушающая.
Закрывает дверь и обходит машину спереди, с силой захлопывая за собой дверь, хватаясь за руль с такой силой, что мне кажется, он может сломаться под давлением.
Вся поездка до пентхауса наполнена только звуком его тяжелое дыхание и ревом мотора, между нами кипит ярость, грозящая взорваться в любой момент.
Мое сердце все ещё колотится не только от страха перед тем, что едва не случилось в задней части паба, но и от энергии, излучаемой Коа.
Через тридцать минут въезжаем на парковку, машина с визгом останавливается. Коа выходит из машины еще до того, как я успеваю отстегнуть ремень безопасности, открывает для меня дверь и захлопывает ее, как только выхожу.
Мои ноги дрожат, пока я следую за ним в здание и поднимаюсь на лифте.
Как только ступаем в пентхаус, напряжение закипает.
— О чем ты, черт возьми, думала, Малия? — огрызается он, вышагивая передо мной, как загнанный зверь. — Танцевать с Шарлем? Позволять ему вот так снять тебя?
Моя грудь напрягается.
— Я не танцевала, я не позволяла ему…
— Разве это имеет значение? — прерывает он меня, его глаза пылают. — Тебе могло быть больно. Он мог…
— Я знаю! — кричу я, мой голос срывается. — Я знаю, ладно? Я просто… я пыталась… — даже не знаю, что я пыталась сделать. Отвлечься? Наказать Коа за то, что он сказал раньше? Разобраться в хаосе между нами?
Но все это звучит так глупо сейчас, стоя здесь, перед ним, видя боль и ярость в его глазах.
— Ты не понимаешь, да? — Голос Коа понижается, становится ниже, опаснее. Он подходит ко мне ближе, его присутствие ошеломляет. — Никто не смеет связываться с тобой. С нами. Я не могу… не могу потерять тебя, Малия.
Мое сердце учащенно бьётся при его словах, но я стараюсь заглушить его.
— Мы движемся слишком быстро, Коа, — говорю я, мой голос дрожит. — Нам нужно замедлиться. Мы должны…
— Что? — насмехается он, одним движением сокращая расстояние между нами. — Вернуться к дружбе?
Его слова жалят, и я стараюсь держать себя в руках.
— Я больше не знаю, что мы делаем. Все так запуталась.
— Мне плевать на ярлыки, Мэл, — его голос грубеет. — Нам не нужно как-то это называть. Нам не нужен титул. Мы можем просто быть собой. Коа и Малиа. Вот и все.
Его голос звучит грубо, это задевает что-то глубоко внутри меня. Я все еще злюсь, все еще боюсь, но услышать его слова… это что-то со мной делает.
Я смотрю на него, моя грудь вздымается, и в следующее мгновение понимаю, что он сокращает расстояние между нами, притягивая меня к себе одним быстрым движением. Его губы прижимаются к моим, грубые и требовательные, весь сдерживаемый гнев, разочарование и страх взрываются между нами.
Крепко целую его в ответ, мои руки впиваются в рубашку Коа, я толкаю его в сторону моей спальни.
