— Появляются позывы, темные позывы, и, кажется, я поддаюсь им. Я бы никогда не поверила в это, если бы…
— Что, черт возьми, случилось? — потребовал Гэвин, прервав меня своим приходом.
Я оглянулась, увидев, как он и Вероника проходят мимо деревьев, которые я сожгла. Возможно, это сделала З.А., но моими руками. Осознание этого все еще терзало меня.
Они были такими же грязными и ранеными, как и Коул.
Коул протянул руку и сжал мое запястье.
— Я не хочу, чтобы ты говорила об этом кому-то еще, — прошептал он.
Он не собирался рассказывать остальным? Почему? Чтобы защитить меня? Возможно. Что случится, если охотники узнают, что я с ним сделала? Меня выгонят, без вопросов. И они будут правы, если сделают это.
Он поднялся на ноги, потянув меня за собой.
— Давайте вернемся в сарай, — сказал он.
— Коул! — Вероника бросилась к нему и обхватила его избитое лицо, наклоняя его голову из одной стороны в другую, изучая травмы. — Сладкий, ты выглядишь так, будто тебя задрал медведь. Ты в порядке?
«Сладкий».
— Я в порядке. — Явно чувствуя себя неловко, он отодвинул Веронику от себя.
Я была слишком измотана, чтобы испытывать ревность. Или страдание. Или тоску. Да. Слишком выжата.
Я смахнула жжение в глазах тыльной стороной ладони.
Она бросила на меня взгляд, которым можно убивать.
— Я думала, у тебя есть особые способности или что-то в этом роде. Ты должна была защитить его.
— Да, — сказала я печально, — должна была.
Гэвин обхватил мои плечи в неожиданном проявлении поддержки, и я прислонилась к нему. Мне становилось все более комфортно от контакта с ним… и я не хотела думать о том, что это значит. «Это был не флирт,» — сказала я себе, и это было все, что имело значение.
— Второй раунд кошачьей драки может подождать. Коул прав. Нам нужно вернуться в сарай.
Коул шагнул к нам, угрожающе, что я ожидала увидеть раньше. Его взгляд переместился с Гэвина на меня, затем снова на Гэвина. Он выглядел готовым убивать. Затем остановился и отвернулся.
Я так сильно хотела пойти за ним, догнать. Это было абсолютное мучение… отказывать себе в этом… чувствовать это… но я не могла рисковать еще одной схваткой с ним. Кроме того, мне нужно поймать шпиона.
Он повел нас через лес, Вероника шла за ним по пятам. По пути мы встретили Льда и Джастина, и я мысленно осмотрела их. Они оба были примерно такого же роста, как и шпион, которого я видела. Но и Лукас был таким же. И Гэвин.
Гэвин также носил бандану.
Шпион должен быть из нашего окружения. То есть, он знал, где находится сарай Коула, и что мы будем патрулировать сегодня ночью. Но… я не хотела обвинять ни одного из охотников. Возможно, сейчас я не могла доверять себе, но доверяла своим друзьям. Даже, как ни удивительно, Гэвину.
Во многом он был похож на Коула. Прямолинейный. Бесстрашный и не заботящийся о последствиях. Но он был жестоким, когда дело касалось безопасности его друзей.
Мне было над чем подумать.
— То, что я сейчас скажу — правда, так что я не просто делаю это правдой в твоей жизни, говоря это, если ты понимаешь, что я имею в виду, но она — ужасный враг, — мягко сказал Гэвин.
— Кто? Вероника?
Он кивнул.
Я пожала плечами. У меня уже были враги, и, уверена, еще много появится.
— Что парни вообще в ней находят? Я имею в виду, она красивая, но это все. — Думаю, что на самом деле я спрашивала: что Коул в ней нашел?
Гэвин смотрел прямо перед собой.
— На самом деле она очень хороший человек, но зависть превратила вас обоих в буйных… Что ж. Неважно. Я хочу сохранить свои яйца. Как я уже говорил, она умная, веселая, а самое важное — она горячая.
Он всегда думал только о сексе?
— Твои слова похожи на поэзию.
Он усмехнулся и сказал:
— Признаю, что хотел затащить ее в постель с того самого дня, как встретил ее, и она позволила бы мне, думаю, если бы не была так решительно настроена вернуть Коула, но в отличие от твоего мистера Холланда, я никогда не встречался с охотницей. Я предпочитаю разделять работу и удовольствие. Звучит шаблонно, знаю, но так гораздо меньше проблем. И я уверен, что Коул это уже понял.
— Я охотница, — указала я, — и все же ты продолжаешь приглашать меня на свидания.
— Ты не в моем вкусе. По крайней мере была. Я уже не знаю, какой у меня типаж. Ты сопротивляешься, и это сводит меня с ума.
— Это печально.
— Это жизнь.
Я закатила глаза, что было обычным явлением в его присутствии.
— Возможно, ты самый странный человек, которого я когда-либо встречала.
— Спасибо.
— Не думаю, что это был комплимент.
— Соглашайся или не соглашайся, — сказал он.
Мы вошли в сарай, и моя душа вырвалась из хватки Гэвина и полетела вперед, как будто ее дергала невидимая веревка. Я пронеслась по комнате и… бум!
Задыхаясь, я открыла глаза. Я сидела в кресле, когда душа и тело соединились.
Мистер Анкх стоял на коленях перед Коулом, уже латая его раны. Как я и предполагала, он был весь в крови.
Новый план: «Найти способ отключить зомби внутри меня. Убить зомби внутри меня. Сделать все, что необходимо».
Он моргнул, открыв глаза, и скривился.
Мистер Анкх сказал:
— Тебе нужно наложить швы, сынок. — И начал копаться в своей сумке.
