- Занавес давай! - шипел Форейторов, жалея, что не перенес премьеру хотя бы недели на две, чтобы улеглись страсти. Это был первый случай в жизни режиссера, когда аншлаг на спектакле его совершенно не радовал.
Механизм заело и рабочие сцены, матерясь, полезли на колосники.
- А давайте Ломакина разденем и вытолкнем на сцену. - предложил кто-то из массовки.
Семен Аркадьевич перестал отсчитывать в стаканчик капли корвалола и гневно зыркнул на шутника. Тот быстро спрятался за коллегами.
"Вот, он, мой звездный час!" - подумала Вера Калюжная, игравшая Анну Андреевну, и решительно, как Мария Стюарт перед казнью, шагнула на сцену.
- Верка, ты куда? - попыталась удержать ее за юбку Лисичкина, которой досталась роль Марьи Антоновны.
- Спасать театр, - не глядя ответила ей актриса
- Ах, какой пассаж! - громко воскликнула Вера и кокетливо улыбнулась зрителям.
Зал притих.
- Что она там делает? - простонал сидевший без сил на табуретке Семафор.
- Юбку подняла и ногу показывает. - доложила выглядывающая из-за кулисы Лисичкина. - А теперь другую.
Семен Аркадьевич схватился за сердце.
- А сейчас?
- А сейчас платье снимает. Можно, я тоже пойду, спасу театр? - Лисичкина просительно подняла бровки и захлопала накладными ресницами.
- Делайте, что хотите, - пробормотал Форейторов и осел на пол.
*****
Палата была уютной, с отдельным санузлом и большой плазмой над входной дверью. Все, как полагается вип-клиенту, заплатившему за возможность отдохнуть от проблем. Немного раздражала жена своим заботливым жужжанием над ухом, но Семен Аркадьевич решил ее не выгонять. В кои веки она почувствовала свою вину перед мужем. Будет теперь знать, чего стоит актерская дружба.
- Семочка, мандаринку хочешь?
Семен Аркадьевич поморщился.
- А кашку будешь? - Лиля не отставала.
- Кефира хочу. С сахаром. - капризным тоном потребовал Форейторов. - И телевизор включи.
- Сейчас сбегаю и куплю, - подхватилась жена, заботливо поправляя одеяло. Включив плазму, она вставила пульт в безвольно лежащую руку мужа и убежала, подхватив сумки.
Семен Аркадьевич какое-то время бездумно переключал каналы, пока знакомое лицо, промелькнувшее на экране, не заставило его сесть на кровати и прибавить громкость.
- Чудовищный скандал всколыхнул не только сонное царство провинциального города, но и заставил говорить о себе всю страну. - вещал белозубый ведущий. - Какие тайны скрывает провинциальный театр драмы и музыкальной комедии? Кто виноват в инциденте, шокировавшем всю театральную общественность? Об этом нам расскажут непосредственные свидетели произошедшего. Встречайте! Сегодня в нашей студии популярные артисты театра и кино Василиса Деревянко и Арсений Липский!
За кадром раздались дружные аплодисменты. Семен Аркадьевич сжал пульт. Сейчас его предынфарктное состояние вполне могло стать настоящим инфарктом. Васька с Арсением сидели на диванчике, держась за руки и нежно улыбались друг другу.
- Прежде всего я хочу сказать, что не все в этой истории так ужасно, как кажется. Если бы не эта злополучная постановка "Ревизора", мы с Арсением вряд ли встретились и полюбили бы друг друга! - Голос Василисы дрожал от волнения.
- Мы решили пожениться! - радостно сообщил Арсений.
Зрители восторженно зааплодировали, крупным планом показали какую-то толстую тетку, вытиравшую платком слезы умиления. Замелькали кадры. Влюбленные, взявшись за руки, идут по пустынной аллее. Арсений обсыпает Василису осенними листьями, а она хохочет, запрокинув голову. Стоят, обнявшись, в старинной беседке с колоннами на берегу пруда. Мимо беседки проплывают два белых лебедя. В темной воде отражаются две целующиеся фигуры.
Семен Аркадьевич скривился. Ему очень хотелось выключить телевизор и шарахнуть пультом об стену, но он сдержался и мрачно уставился на экран.
- Поздравляю! - Расплылся в улыбке ведущий. - Но все же, расскажите, что именно случилось во время постановки "Ревизора"? Этот чудовищный стриптиз был изначально задуман режиссером?
- Нет, это все поклеп и происки врагов! Семен Аркадьевич Форейторов - поистине гениальный режиссер. Это новатор, который всегда идет впереди человечества. Он разбил образ Хлестакова на мужскую и женскую составляющую. Это должны были быть две стороны одной медали, две половины одного человека. Инь и Ян. Солнце и тьма. - Василиса печально улыбнулась в камеру.
Новатор в это время сидел на больничной койке и ошарашенно смотрел в экран.
- А зачем был нужен стриптиз? - ведущего не интересовала метафизическая концепция спектакля.
- Поймите, режиссер ничего такого не планировал. Злостные клеветники придумали и распространили слухи, которые подхватила желтая пресса. У настоящего таланта всегда много врагов. Спасаясь от всей этой грязи, мы с Арсением вынуждены были уехать в столицу, а Семен Аркадьевич попал в больницу с инфарктом. - Василиса вздохнула.
- Сема, друг, выздоравливай! Мы с тобой! - неожиданно влез в разговор Липский.
- Но ведь на премьере две актрисы разделись на сцене. Прямо на глазах у зрителей, среди которых, между прочим, были дети. - чье-то здоровье ведущего тоже мало заботило.
