И все же они так давно знакомы, Тала еще подростком была, когда впервые с Маркияном Тарасовичем встретилась. Долгое время он был для нее кем-то вроде далекого родственника, доброго дядечки, который показывал, каким мужчина быть может: поддерживающим, не отворачивающимся от боли, болезни, грязи… Правда, он же врач, выбрал такую профессию по велению души и своей вере. К нему критерии, как к обычному человеку, неприменимы, видимо. Иное отношение…
Как бы там ни было, слышать такой тон давно знакомого человека относительно себя было по-настоящему страшно. Причем с какими-то вовсе новыми гранями уже изученного, казалось, ужаса. Да и взгляд врача, выражение лица… Что-то можно, конечно, на искажение видеосвязи списать, однако не все сразу.
— Все настолько плохо? — тихо спросила Тала, видя, как Света, тоже подключенная к этому видеозвонку, с силой прикусила кончик большого пальца. Имела такую привычку, когда нервничала. Говорила, так креститься без устали себя отучивала.
Анализы выполнили быстро, они заказали экспресс-диагностику. Результаты скинули на мейл. Света тоже сделала, кстати, когда узнала, что Шуст от Талы потребовал, стандартный перечень. На тот случай, если Денис и результаты затребует заранее показать, чтоб Тала сфотографировала без фамилии и отправила. Подстраховка.
У подруги все хорошо было в показателях. У Талы… все, что сказал проверить врач, отмечено звездочкой и многократно превышало указанные для сравнения нормы.
— Все настолько плохо, девочка моя, — не стал юлить и жалеть ее, Маркиян Тарасович, подтверждая. — Плохо в том плане, что процесс прогрессирует, а нам надо успеть вырезать эту проклятую опухоль до того, как она начнет распространяться. Плюс, не знаю, что у тебя случилось за эти несколько недель, но и все остальные показатель на грани, Тала. Ты чем себя изводила? Был стресс? — все с той же тревогой и напряжением поинтересовался врач.
Света мрачно фыркнула.
— Несколько недель сплошного стресса, — невнятно пробормотала, но Тала ее поняла.
— Был, сильный… — со вздохом подтвердила, вспомнив, как сильно полета испугалась.
А увольнение из школы? Решение последовать примеру Светы… разве легко далось? А сами эти отношения с Денисом… Столько, сколько за последние недели, она давно не нервничала и не дергалась. А говорят, секс расслабиться помогает. Наверное, так и есть, если с чувствами не путать и не приправлять все любовью к человеку, который привык, скорее, распоряжаться и управлять чужими жизнями, чем делить с кем-то трудности, плохое и хорошее. Да только как уж вышло у Талы. Не искала же, само нашло… Во всех смыслах. Как там Денис говорил? «Самостоятельная и свободная была, пока я тебя с террасы в клубе не увидел»? В таком духе что-то.
— И сейчас есть, можно сказать, — добавила, откинувшись на стекло, вспомнив про Максима, который и теперь под дверью в холле дежурил… или сменщик его; про то, что Денис грозился ее больше, вообще, никуда от себя не отпускать… Как императоры Древнего Египта или Китая своих жен и наложниц, видимо, которых и хоронили с теми, если что, для загробной жизни, так сказать.
Сидела спиной к окну, не была уверена, есть ли камеры в квартире Дениса. По идее, не будет же он сам за собой наблюдать, но мало ли… В общем, совсем в паранойю впала. И трясло от этого сильнее, что было плохо.
Любые заболевания щитовидной железы, в принципе, на нервной системе сказываются в ту или иную сторону. У нее баланс качнулся в избыток гормонов, которые стимулировали, как анализы показывали и Маркиян Тарасович объяснил… Все стимулировали: и нервозность, и обменные процессы, и гиперреакцию. Сложно получалось напоминать себе о спокойствии, когда организм не слушал и бесконтрольно истерично реагировал на любую мелочь, пожирая, сжигая сам себя.
— Тебе надо ко мне ехать, — еще серьезней заметил врач.
— Я не знаю, как, — честно призналась, не сумев подавить рыдания в голосе. — Не знаю… Эта метель еще… И охрана, как от них отвязаться?.. До вокзала не добраться в одиночестве, а кто меня во Львов одну отпустит? Затолкают в машину, привезут назад и оставят под охраной, дожидаясь его, — вышло бессвязно и нервно, с каким-то прорывающимся внутренним ажиотажем.
— Девочки, что у вас там происходит? — определенно, сильно напрягся Маркиян Тарасович. Но в этот момент к нему в кабинет кто-то заглянул, отвлекая. Явно нуждались в консультации, врач сегодня дежурил, из больницы звонил.
Тала только переглянулась со Светой, не представляя, как ему все рассказать. Еще и его в это втянуть?..
— Тала, мне нужно к больному подойти, поэтому на сегодня разговор заканчиваем, но ты должна понять — откладывать уже некуда, если мы хотим победить, — повернулся опять к камере Маркиян Тарасович, и все в его позе и выражении лица эту серьезность подтверждало.
— Я ее привезу завтра! Любой ценой, — вдруг пообещала с запалом Света, вмешавшись. — Обещаю!
— Хорошо, — кивнул доктор до того, как удивленная Тала успела бы выяснить, как именно подруга это собирается сделать, и отключился.
