Хозяин постоялого двора собирался расквартировать гвардейцев в конюшне (гостиница действительно была набита под завязку). Но тяжелый золотой сард, продемонстрированный Миррой, заставил его вспомнить, что одна из комнат для особых гостей наверху еще пустует. Хитрая ведьма не хотела, чтобы поблизости от ее лошади, когда она соберется бежать, околачивались гвардейцы. Однако золотой пропал даром, дотошный лейтенант догадался оставить одного из своих солдат караулить в конюшне лошадей на ночь. Правительница про себя помянула не долетевшую до земли Минолу, но, делать нечего, хорошо еще лейтенант не напросился ночевать у нее на прикроватном коврике (опять же стражника в коридоре он не забыл поставить). Можно было не сомневаться, гвардейцы, сменяя друг друга, будут караулить всю ночь. Мирра надеялась, что хотя бы лейтенант, хлебнувший вина, щедро приправленного ее слюной, проспит до полудня. Гвардейцы со спящим командиром всегда лучше гвардейцев с командиром бодрствующим.
Пожелав всем доброй ночи, Мирра прикрыла дверь в свою комнату. В углу стояла деревянная лохань с водой, вода остыла, но Мирра долго и тщательно умывалась. Вода смывает не только пыль, но и усталость, а впереди ее, судя по всему, ждали те еще скачки. План побега пока выглядел весьма смутно. Перво-наперво следовало снять караульного у двери. Мирра рассмотрела и отбросила варианты: удар хвостом (слишком шумно); удар тяжелым предметом по голове сзади (всегда рискуешь переборщить, к тому же маловероятно, чтобы гвардеец так просто подставил ей свой затылок); «сонный поцелуй» (целоваться с первым встречным — фу-у-у!). Отвести глаза караульному, специально следящему за дверью, — задача почти невыполнимая, такие штуки хорошо проходят в толпе или, скажем, в лесу…
Мирра отложила на время решение этой задачи, сосредоточившись на том, что станет делать, когда выберется из комнаты. В конюшне имелся еще один сторож, отвлечь его было уже гораздо проще. Потом быстро в седло и — за ворота.
Скорее всего, лейтенант с отрядом ринутся в погоню, на этот случай следовало подготовить стреноживающее заклинание. Правительница мысленно улыбнулась, представив, как утром не только гвардейцы, но и все постояльцы гостиницы, оставившие лошадей в конюшне, будут напрасно понукать своих животных. Пока преследователи добудут новых лошадей, она успеет оторваться, правда, бедняжке Тени придется нелегко. (И не следовало забывать о караулившем у ее двери гвардейце!).
Мирра пошарила в дорожной сумке и нащупала узкую колбу с брильянтовым порошком — лучшей основой для любого заклинания. По соседству были уложены пакетики с сушеной духмянкой (от насморка) и мозольным корнем. Она уж совсем было собралась засунуть их подальше, но неожиданно ее осенила новая идея. Ведьма наскребла горсть золы из холодного камина (ночи были по-летнему теплыми), щедро приправила ее брильянтовой пылью и несколькими щепотками духмянки. Потом, подумав, добавила еще короткий пучок собственных волос. Теперь колдовская смесь была готова и не терпелось осуществить свой замысел, но здравый смысл требовал дождаться утра: иначе Тень не успеет отдохнуть как следует, да и ей самой следовало поспать.
Примерно за час до того, как окончательно рассвело, Мирра встала, проверила снаряжение, тщательно увязала сумки. Уснуть этой ночью ей так и не удалось, но она добросовестно пролежала с закрытыми глазами — какой-никакой отдых. За это время караульный у ее двери сменился дважды. Третий гвардеец заступил на пост, как раз когда Мирра начала собираться.
Правительница ссыпала в ладонь приготовленную накануне смесь, подошла к двери и замерла, прислушиваясь. Сердце громко билось где-то у самого горла, хотя волноваться, в общем-то, было не из-за чего, самое неприятное, что могло ожидать беглянку, это короткое путешествие во Вран в компании молодого лейтенанта, ну, потом, конечно, препирательства с канцлером…
Мирра зачем-то досчитала до трех и толкнула дверь, одновременно шепнув первую часть заклинания. Гвардеец мгновенно отреагировал, отсалютовав появившейся в проеме правительнице, потом заметил у нее на плече дорожные сумки.
