— Ваши, твои… Какая разница. Я ощутил там присутствие Дэйла. Но открытое нападение — не его стиль. Значит, стоило поискать кого-нибудь более мощного за его спиной. А кто кроме тебя способен натравить на меня Дэйла?
Верлейн развел руками, показывая, что не силах догадаться.
— Так я хотел бы заключить договор.
Транс-двойник задрожал, что свидетельствовало о волнении его хозяина. По тонким магическим нитям связывающим двойника и его создателя, можно было отыскать убежище последнего. Но Верлейн и так был уверен, что старина Эхтор не рискнет высунуть нос из своей хеннской цитадели.
— И что ты можешь предложить? — Наглец повыше взбил подушки и улегся, откинувшись на них спиной.
— Я не стану трогать твою драгоценную ману и шагу не сделаю со своего острова, а ты позволишь мне дожить остаток отпущенных дней в покое. Я достаточно наигрался с магией и сейчас лишь хочу закончить свою книгу. Я даже смогу оказать тебе кое-какие услуги.
— Например? — не слишком заинтересованно откликнулся Председатель.
— Например, ты интересовался библиотекой нашего скоропостижно отправившегося в Чертог друга — Аргола… — Двойник выдержал паузу, дождавшись, когда собеседник кивнет. — Но я слышал, твои попытки проникнуть в Оль-Герох потерпели неудачу. Некто соорудил там мощное защитное заклятие! Тебе интересно?
— Продолжай. — Теперь в голосе Верлейна чувствовался неподдельный интерес. Эхтор (точнее, его копия) улыбнулся.
— Некоторое время назад меня посетила странная парочка. — Слушающему показалось, что старик отклонился от темы, но он не стал перебивать. — Мужчина-северянин и девушка. Он хотел, чтобы я освободил его подружку от магических браслетов. И знаешь, что за украшения она носила? Знаменитый «Капкан Аргола». Не было сомнений, что моя гостья побывала в башне незадолго до его смерти. Тогда я присмотрелся к ее спутнику и наконец узнал его. Помнишь того мальчишку, что Аргол подобрал в Люцинаре? У парня был талант, пока… В общем, наш «друг» Великий всем нам оказал услугу, избавив от конкурента. Так вот, это он самый и был.
— Он сильный колдун? — Прищурился с кровати Председатель.
— Нет! Аргол не оставил ему шансов. Но он жив! И на шее у него болталась миленькая штучка — эльфы иногда изготавливают такие ключи к своим заклинаниям.
— Ключ от Оль-Героха?! Ты тоже был там, — догадался Верлейн.
— Такие собрания сочинений, как у покойного, на дороге не валяются! — хитро сощурился Эхтор. — Грех было не воспользоваться случаем.
— Ну-ну… — В замке Аргола имелось кое-что поценнее колдовских фолиантов, но оба мага не пожелали назвать причину своего истинного интереса к наследству бывшего соратника. — Где этот северянин?
— Ты клянешься оставить меня в покое?
— Да. — Верлейн считал сделку выгодной. Для борьбы с магом, засевшим в собственной башне, требуется много сил, а старик и так вскоре покинет Мир. Почему бы и не подождать, в самом деле?
— Скрепи клятву печатью. — Транс-дубль поднял бледную ладонь, на ней светился знак, больше всего напоминающий небрежно нарисованную спираль с тремя точками в центре. Для завершения «Руне печати» не хватало одного элемента в нижней части. Верлейн пошарил под подушкой и извлек на свет длинный кинжал с обоюдоострым лезвием. Его кончиком он сделал крохотный разрез на большом пальце и, когда показалась кровь, прижал его к знаку на ладони двойника. Красный огонь тут же побежал по спирали, трижды вспыхнул в ее центре, после чего руна исчезла. Маг лизнул палец, останавливая кровь.
— Так, где он?
— Я проследил их до Мелузы. Его зовут Эйнар, его подружка — ведьма, хотя и слабая. Их притон называется «Колдовская лаборатория». Кстати, у девчонки тоже есть кое-что интересное…
— Что именно? — Верлейн уже узнал все, что хотел, но информация могла оказаться полезной.
— Сам посмотришь, — загадочно провозгласил двойник Эхтора и стал на глазах распадаться в серые хлопья, больше всего похожие на обтрепанные куски застиранной ветоши. Хлопья падали на пол и постепенно истаивали оставляя в воздухе запах плесени. С исчезновением последнего из них пропало и неяркое свечение в комнате, маг поправил подушки, повернулся на бок и спокойно заснул. Проветривать спальню он не подумал, тухлый запах колдовства давно стал для него привычным.
