Любимые чокнутые барабашки уже подкинули картинку, как всех нас в наручниках ведут в камеры без суда и следствия. Тут если подумать, то и моя выходка тоже обошлась бы дорого и, возможно, в таком же тюремном сюжете.
Оглянулась.
Лица моих сотрудниц при всём желании нейтральными не назовешь. Кира в глубоком волнении, а Вика в удивлении, граничащем с шоком от происходящего.
– Но я всё понимаю! – спокойно и уверенно продолжал мой якобы страстный любовник, несмотря на царящую атмосферу. – Мы с Даной решили, что пока наши отношения будут втайне от основной массы общества.
Секунду на переваривание новой информации.
Что-то эта затея мне нравилась всё меньше и меньше, но выбирать не приходится. И фиксирующая моё тело мужская рука служила в качестве дополнительного напоминания об этом.
– Как это понимать? – зло и недоверчиво вопрошал господин «главный начальник». – И самое главное, когда это вы успели, Бестужев? Насколько мне известно, вы вернулись менее недели назад.
Значит, Бестужев! Ну, мне его фамилия ничего не говорит, зато теперь будем знакомы. Почти.
– Василий Иванович, что за недоверие к верному налогоплательщику и спонсору ваших прошлых выборов?!
От такого «тонкого» намёка на «толстые» обстоятельства Васёк явно приуныл, но природного или искусственно выращенного оптимизма он не терял.
– Угрожаете?!
– Да ни разу! Просто ранее у нас с вами никаких разногласий не было. Вы замечательный политик и всё прекрасно понимаете, так сказать, не мне вас учить. Да и в случае знакомства с Даной нет ничего сверхъестественного. Наша первая встреча была задолго до сегодняшнего дня, просто так сложились обстоятельства, что моя Сладкая отправилась на мою малую родину без меня.
Вот по кому главные сцены театрального мира плачут! Куда там мэр… я и то была готова поверить в этот фарс. Голос мужчины, кроме праведной иронии, ничего не отражал. Казалось, спроси сейчас Рогожин, какого цвета платье было на мне в день нашей первой встречи, Бестужев ответит и ещё подробности добавит.
Наверное, он тоже политик! Так врать – это практически божественный дар.
– Я не знал, а Дана Юрьевна никак не показывала своей занятости в последнее время. – это сейчас мэр одновременно оправдался и, по его мнению, попросил прощения.
Противный паучок на мои бурные похождения по свиданиям намекал. Решил просветить мужчину.
– Всё верно. Мы крупно поссорились и какое-то время не общались, но моё возвращение в наш город связано преимущественно только с ней. Сами знаете, я этого делать больше не планировал.
На мою попытку, отодвинуться от чересчур горячего тела моего героя, отреагировали мягким протестом, усиливая захват на талии. Так ещё и поцелуй в макушку получила.
Вашу бабушку… а давайте ещё совершим акт прелюбодеяния, чтобы у всяких подозрительных личностей никаких сомнений в подлинности выше рассказанной истории не осталось.
Я закипала медленно, но верно! Такое чувство, что часть мужской половины планеты решила сделать из меня их марионетку. Ой, как весело! Смотрите, я дёргаю Дану за верёвочки, и она танцует. ХА-ХА-ХА!!!
Уже реально хотелось взять электрошокер из кармана этого спасителя и нафиг всех здесь уложить. Потом можно уехать в розовый закат на кабриолете с открытым верхом и раствориться в сумерках наступающей ночи.
Мои сокровенные мысли, видать, что-то выдало, так как Бестужев свободной рукой прикрыл карман с оружием справедливости.
– Даже не думай… – услышала я коротко прямо в ухо, что от мужского дыхания мурашки по шее побежали.
Демон, а не ангел! Чистой воды демонище! Вот же…
– Я так понимаю, Василий Иванович, что мы с вами всё решили и претензий друг к другу не имеем?! Не так ли?! – с нажимом в конце фразы уточнил х-мен.
Политик явно что-то имел… об этом просто кричали бледно-голубые глаза, но…
– Хорошо, Бестужев. Скажем так, на сегодня вопрос закрыт!– согласился Рогожин, подчёркивая всем своим статусом слово «сегодня». – Только мне совсем не нравится, когда со мной играют в кошки-мышки. На будущее, не забывай об этом!
После скептическая ухмылка для меня, от которой мои внутренности превратились в очередное торнадо.
Гадство! Сто процентов будет мстить за обломанный кайф и прилюдное оскорбление.
– Вот же сука старая! Никак свой членкривой не угомонит! – раздалось над моей головой спустя всего пару секунд, как мэр покинул сцену в гордом одиночестве.
Резкая смена интонации х-мена после ухода главного зрителя сегодняшнего представления вывела и меня из ступора.
Я со всей силы отпихнула от себя горячее мужское тело. Бестужев либо не ожидал от меня такой прыти, либо, наоборот, был готов к моему маневру, но в любом случае отпустил сразу и даже руки ладонями вперед поднял в знак полной капитуляции.
Теперь мы стояли на достаточном расстоянии друг от друга, чтобы я могла, наконец, рассмотреть своего спасителя.
Как я и думала, этот Бестужев был из тех, о ком мамы рассказывают своим дочерям в связке с дьявольскими искушениями и умоляют даже не глядеть в их стороны. Самоуверенный красавец, беспредельный нахал с вечной ухмылкой в уголке губ вместо улыбки!
