–Людям зачастую не хватает смелости уйти самим. – выдержав паузу, человек продолжил, – Самоубийцы, как правило, люди либо очень одинокие, либо глубоко отчаявшиеся. В первом случае они просто строчат на сайтах самоубийц, стеная о том, как трудно им в этом мире и как им до смерти одиноко. Как они хотят умереть, но как им страшно уходить в одиночестве. А вторые ломаются после личных трагедий вроде смерти родственника и так далее. При подготовке к смерти они всегда сперва убивают себя морально, доводя свое состояние до нужной кондиции, когда рука не дрогнет и шальная мысль не попытается убедить их, что еще возможно пойти по другому пути. И они тоже очень одиноки, ведь после смерти покойник воспринимается ими так, словно без него невозможно жить. Это как с лебедями. Только вот люди способны это пережить и даже найти того, на кого проецировать свою любовь, добившись тем самым собственного спасения. Однако не все на это способны. Многим куда проще уйти из этого мира. Можно воды? – внезапно спросил рассказчик.
–Да, сейчас. – спустя несколько секунд коп принес бутыль воды и, испив ее, арестант продолжил:
–Я– проводник. Моя задача– помочь этим людям. Таких людей я не нахожу специально– они сами ищут и просят, чтобы я проводил их в последний путь.
–Так это у тебя не впервой? – поднял брови полицейский, на что рассказчик замолчал и с укоризной смотрел ему в глаза, – Ладно, продолжай.
–Я не убиваю их и никогда не убивал. Я просто становлюсь за небольшую плату другом на последний час. – его вновь перебил нервный смех полицейского:
–Так что, ты у нас прям как шлюха в одном французском фильме про лечебницу суицидников?– но он быстро прекратил смеяться.
–Нет, не как. Шлюха просто трахает готового вот-вот превратиться в труп старика, а я помогаю людям морально подготовиться к смерти. – "Ого, он знает этот фильм." – Это может выливаться в разные формы. Например, поговорить по душам с инвалидом, полжизни проведшего в коляске, повозить его по местам, где он ранее не бывал. В пределах разумного, конечно. Или же просто полежать рядом с подростком-неудачником где-нибудь в тихом месте в полной тишине. Или споить его до бессознательного состояния, если он того пожелает. За его средства, разумеется. А дальше идет самое трудное– смотреть умирающему человеку в глаза и говорить утешающие фразы вроде… "Все будет хорошо, ты отправляешься туда, где лучше."– пленник на несколько секунд замолчал, явно задумавшись, – Иногда людей в такие моменты пробирает на бурные эмоции. Они дрыгаются, кричат, рыдают в полный голос, крича о том, что не хотят умирать. Некоторые, в особенности женщины, просили заняться с ними сексом. Но такие запросы я удовлетворять не могу.
–Ждешь, пока дух испустят, а потом принимаешься за дело? – с ноткой сарказма хмыкнул коп.
–Нет. Если б мне захотелось переспать с клиенткой, я бы сделал это до того, как она вольет в себя всю упаковку таблеток либо полоснет по запястью. Меня не привлекает перспектива спать с вот-вот-уже-вот трупом.
–Вернемся к эмоциям тех, что уходят. – глаза детектива вновь прищурились в попытке припомнить нужную строку, – Ты сказал… "Пробирает на бурные эмоции, после чего они кричат, что не хотят умирать.", так? Разве это не стоп-фраза, означающая, что они передумали?
Коп не без удовольствия заметил, как его допрашиваемый напрягся.
–Где мой адвокат?
–Прибудет еще не скоро. – полицейский широко улыбнулся, – Продолжай уж, раз попался.
Помедлив с минуту, мужчина продолжил:
–Я не должен их спасать. Они платили мне, я выполнял их волю. Никаких исключений, никаких отступлений. Все, как и должно быть.
–Они же говорили, что не хотят умирать! – усач уперся кулаками в столешницу, – А ты ради наживы отказывал им в этом!
–Я вып…– но ему не дали закончить.
–Знаешь, а ведь это вполне может сойти за убийство, а? – с ликованием в голосе детектив продолжал, – У вас было все, чтобы спасти их, но вы пренебрегли всеми возможностями! Стало быть, здесь вполне пойдет как статья о доведении до самоубийства, так и статья о намеренном неоказании помощи. Что, по счастливому стечению обстоятельств, у нас приравнивается к преднамеренному убийству. А? Как тебе это?
Лишь на секунду глаза арестанта полыхнули, но лишь секунду– он сразу успокоился.
–И что теперь? Обвините меня во всех смертных грехах? Повесите на меня липовое обвинение?
–Чертовски верно, вот только поправлю– не липовое. У нас есть улики, есть труп, есть подозреваемый, есть состав преступления. Вам остается признаться только в мотиве. – резко встав из-за стола, полицейский продолжил, – Вы обвиняетесь в убийстве второй степени Лоры Рихтер. Вас будут содержать в заключении в отделении, а после скорого суда отправитесь в увлекательное путешествие до ближайшей тюрьмы особого режима, где и будете гнить, пока мы проверим всю вашу подноготную и найдем остальных жертв. Я лично буду ходатайствовать перед судьей, чтоб тебя закрыли до конца твоих ублюдских дней! Уберите его с моих глаз! – уже рычал он, когда пара крепких молодцов званием пониже подхватили арестанта под мышки и уволокли из комнаты.
