– Не раскаивайся, что помогаешь мне, Арман, – сказала она. – Я сразу поняла, что ты настоящий друг. Кроме того, я ведь не делаю ничего дурного, и я уже не ребенок. В наше время уже нет былых предрассудков. Большинство моих подруг давно встречаются с молодыми людьми наедине… Только моя мать так не в меру строга!
И не без основания, подумал Арман, вспомнив о Лилиан, у которой сегодня вечером было назначено свидание с Клиффордом.
Между тем нежное прикосновение маленькой руки Рейни, ее умоляющий взгляд заставили Армана поколебаться и в конце концов отправиться вместе с ней. Он смиренно заметил, что готов сделать все, о чем бы она его ни попросила. Он будет ждать ее в машине неподалеку от квартала, где живет мать Клиффорда.
Так или иначе, Арман принял решение. Если он действительно хочет считаться настоящим другом Рейни (как, впрочем, и графини) и оправдать их доверие, то ему не остается ничего другого, как доподлинно выяснить, что представляет собой Клиффорд Калвер. Если Арман не может поговорить откровенно с Рейни и с ее близкими, то нужно поговорить с самим Клиффордом.
Он заставит его понять, что Рейни не та девушка, с которой можно поступать подобным образом.
Итак, Рейни снова была счастлива, а Арман любовался ею и размышлял о том, что ждет его впереди.
В квартире Калверов в большой старомодной гостиной Рейни бросилась в объятия Клиффорда. Клиффорд осторожно снял с нее соломенную шляпку, нежно поцеловал ее глаза, вдохнул волшебный аромат волос, а потом прильнул долгим поцелуем к ее губам. Рейни обнимала Клиффорда со всей страстью, на которую была способна, но даже в его объятиях не позволяла себе окончательно терять голову. Потом она выскользнула из его рук, поправила прическу и вытерла платочком размазанную помаду на губах.
– Ах, Клифф, мой милый, – защебетала она, – не могу же я в таком виде идти в зоопарк смотреть на львов и тигров!
Клиффорд тоже рассмеялся, но его рассмешил скорее ее вид, чем ее шутка.
– Зачем ты вообще красишься? – сказал он. – Ты и без косметики – само совершенство. Ты так аппетитна, что я не удивлюсь, если тигры и львы решат тебя скушать.
– Тебе бы все шутить, – вздохнула Рейни. – А меня, между прочим, в машине дожидается молодой человек, который очень удивится, если увидит, что сталось с моими губами. Он сразу обо всем догадается.
Клифф сделал неопределенный жест.
– Ах, этот французишка! О нем я меньше всего беспокоюсь.
– Чтобы ты знал, только благодаря Арману мы сейчас вместе. Вообще-то он очень серьезный молодой человек и, конечно, не одобряет моего поведения.
– А ты уверена, что он не расскажет обо всем твоей матери?
– С какой стати? – удивилась Рейни.
– Не очень-то я доверяю этим чужакам.
Ее слегка шокировал вульгарный тон Клиффорда. Тот сразу понял это и попытался загладить свою оплошность. Рейни ведь тоже была наполовину француженка, и ему не следовало забывать об этом. Клиффорд поспешно привлек ее к себе и прижался щекой к ее щеке.
– Ты сводишь меня с ума, любимая! – воскликнул он. – Как бы мне хотелось прямо сейчас убежать с тобой куда-нибудь на край света!
Она снова принадлежала ему.
«Клифф такой чудесный! – думала Рейни. – В сравнении с этим бледным и худеньким французом Арманом он – воплощенная мужественность!»
Клиффорд усадил ее рядом с собой на диван и закурил сигарету.
– Нам нужно соблюдать осторожность, – сказал он. – Но придет время, и я смогу увезти тебя, даже если твои родные будут против…
В этот момент оба вспомнили, что через несколько дней Рейни уезжает за границу.
– Ах, Клифф, милый! – воскликнула Рейни. – Я обожаю Францию и наш замок в Шани, но это так далеко от тебя! Поклянись, что будешь писать мне каждый день. Я тоже буду писать тебе.
– Конечно, я буду писать тебе каждый день, – беспечно ответил он.
– И ты никогда не разлюбишь меня?
– Конечно, никогда, – серьезно сказал он, прищурив голубые глаза.
