Арман щелчком отбросил сигарету в сад. Ему казалось, что сами звезды насмехаются над ним и Рейни, безусловно, тоже. Иначе зачем она говорит все это? Он мог бы рассказать ей кое-что о Клиффорде и Лилиан и о своем подбитом глазе, который по-прежнему беспокоил его… Но Арман промолчал. Он никогда не расскажет о том, что ему известно, пока не будет уверен, что Клиффорд Калвер навсегда исчез из ее жизни.
– Арман, – продолжала Рейни, – я вовсе не осуждаю тебя за твою подозрительность. В этом мире вообще трудно во что-то верить. Я очень хорошо это понимаю после того, как со мной обошлись мои близкие. Но Клиффорду я верю. Он клялся, что…
– Все еще хочет на тебе жениться? – договорил за нее Арман.
– Да, – тихо сказала она. – Он даже предлагал сегодня же вернуться в Англию.
– Несмотря на то, что ты еще несовершеннолетняя?! – воскликнул Арман.
– Он знал, что бабушка и мамочка скорее примирятся с происшедшим, чем навлекут на меня позор…
Молодой француз круто обернулся.
– Но ведь это подло – подвергать твою честь такому риску!
Наклонив голову, она размышляла над его словами. Ей вспомнилась та минута в машине, когда Клифф сделал предложение. Это были мгновения настоящего безумия. Она забыла обо всем, потому что он обнимал ее и жарко целовал.
– Больше я тебя никуда не отпущу! – восклицал Клиффорд. – Едем со мной в Англию, любовь моя!
Почему же она не поехала с ним? Почему она решила вернуться в Шани? От безумия ее спас лишь здравый смысл. Несмотря на всю свою страстность, Рейни Оливент не желала становиться рабой эмоций.
Клиффорду пришлось круто развернуть автомобиль и ни с чем уехать в Канны.
– Ты не можешь выйти за француза! – сказал он на прощание. – Ты не для него. Очень скоро ты сама это поймешь и вернешься ко мне. Я буду ждать тебя в Лондоне, любимая!
Как бы там ни было, Рейни вернулась в Шани полная решимости обвенчаться с Арманом. В глубине души она чувствовала, что поступает совершенно правильно, что, несмотря на любовь к Клиффорду, не сможет без Армана жить… Словом, она сама себя не понимала. Ее душа разрывалась. Она и теперь, стоя рядом с Арманом, не знала, что с ней происходит, и слезы катились у нее по щекам.
– Арман, – шептала она, – надень мне на палец кольцо, которое ты для меня приготовил!…
Но он лишь нежно обнял и осторожно коснулся губами сначала одной ее щеки, потом другой.
– Только не сегодня, – сказал он. – Сегодня ты слишком устала, чтобы делать подобный выбор. Наша помолвка не должна быть такой поспешной. Это, наконец, нечестно по отношению к тебе.
– Но ведь тогда это будет несправедливо по отношению к тебе! – заметила Рейни, припав мокрым от слез лицом к его плечу. Она всхлипывала и прижималась к нему. – Не отталкивай меня, Арман! У меня в голове все перемешалось, а с тобой я чувствую себя увереннее.
– Бедная крошка, – пробормотал он и, погладив по волосам, поцеловал.
– Ты такой хороший. Я не хочу снова причинять тебе боль, – всхлипывала она.
– Не думай обо мне, – заявил благородный Арман. – Если ты уверена, что будешь счастлива только с этим человеком, то должна уехать к нему. Ты можешь жить в Лондоне, и миссис Оливент больше не будет тебе препятствовать. Когда тебе исполнится двадцать один год, ты сама решишь, с кем остаться – с ним или со мной.
Рейни ошеломленно взглянула на Армана. У нее даже задрожали губы. Сколько благородства было в этом мужчине! Ей даже стало стыдно за себя. Она вдруг осознала, что его душевные качества несравнимо выше тех, которыми обладает Клиффорд Калвер. У Клиффорда столько недостатков и слабостей, а Арман – самый замечательный мужчина из всех, кого она вообще когда-нибудь встречала. И все же… ей казалось, что она по-прежнему влюблена в Калвера. Опасная штука страсть, она влечет человека совсем не туда, куда следует.
– Ты самый лучший человек, Арман, – прошептала Рейни. – И я так благодарна тебе за все…
– Главное для меня – служить тебе. Ты должна это знать и постарайся быть счастливой. Забудь о нашей помолвке. Давай снова станем добрыми друзьями. Просто как брат и сестра… Пока ты не будешь абсолютно уверена, что поступаешь правильно.
– Но это так трудно!
– Для меня – нисколько, – заметил он с коротким смешком, его грустный взгляд скользил по ее прелестной фигурке, укутанной в итальянскую шаль.
На ее поясе все еще оставалась измятая роза. Букет таких роз Арман отправил ей к помолвке. Больно было смотреть на этот жалкий цветок.
– Но у нас будет праздник, – добавил Арман. – Мы отпразднуем выздоровление твоей бабушки.
Она кивнула, а он обнял ее за плечи и повел к двери.
– Иди бай-бай, малышка. Ты едва держишься на ногах. Утро вечера мудренее. Завтра я собираюсь в Канны и, если пожелаешь, подвезу тебя… Ты сможешь повидаться с ним до того, как он улетит в Лондон.
– Ты действительно сделаешь это для меня?
– Я сделаю для тебя все что угодно, – улыбнулся он.
Рейни молча прикоснулась губами к его щеке. Потом вышла из комнаты.
