Голубоглазая плавно открыла дверь в свою скромную комнатушку и застыла на пороге. В помещении творился хаос: многие вещи валялись на полу, включая постельное бельё. Посреди этого бардака, мерно качаясь на стуле, сидел Кроули. Завидев служанку, алоглазый прекратил своё занятие и холодно кинул:
— Дверь закрой.
— Да, господин.
«Нет-нет-нет, ну что этому упырю от меня нужно? Ладно бы только это, но раскидать все мои вещи… Чёрт, я сегодня присяду хоть на секунду?!»
— Я приятно удивлён! Представляешь, ничего не удалось отыскать у тебя, что вызвало бы подозрение. — Вампир уже успел оценить нанесённый им ущерб для Вай. Толстый слой бинтов скрывал бледную кожу и глубокие царапины, что пришлось не по нраву Основателю. Он был бы не против посмотреть на свои старания и в очередной раз задеть смертную своим эгоистичным желанием.
— Я бы очень удивилась, если бы вам удалось найти хоть что-то кроме моих немногочисленных личных вещей, — вяло выдала Эрестер и сделала несколько шагов вперёд.
«А ты что думал, ублюдок, я первый день живу на свете? Ха-ха, прям взяла и положила на самое видное место свой кинжал… Пофиг, как же хочется спать».
— Да-а…
— Мне кажется, или вы не прекратили подозревать меня?
— Нет, ну что ты! Конечно же, я не прекращу этого делать. Кстати, сними повязку, мне любопытно, насколько сильно я тебя покалечил. Если не достаточно, то добавлю.
Аристократ притянул к себе за руку серовласую и одним движением разорвал бинты. Он без капли сочувствия давил на раны, причиняя смертной боль. Та просто стояла и наблюдала за тем, как над ней продолжают издеваться. В голубых глазах поселилась грусть, и губы скривились от неприятных ощущений. Девушке хотелось отдёрнуть руку, но приходилось терпеть: нельзя проявлять неуважение к хозяину, ведь иначе он может вспылить и натворить дел… Но самое обидное в этой ситуации было то, что отчего-то на душе у Вай было неспокойно. Грудь будто в тиски сковали, и смотреть на монстра совсем не хотелось.
«За что он так со мной? Отчего так неприятно в душе? Хозяин ведь же бездушная тварь! Чему удивляться? Но почему не могу унять эти отвратительные чувства?»
— Macte! * Скотинка, как тебе? — Юсфорд посмотрел в бездонные глаза, и улыбка на его лице куда-то исчезла. По обыкновению холодный, отрешённый взгляд девушки стал потерянным и опечаленным.
— Вы хорошо постарались, господин, — не отрывая взгляда от вампира, спокойно произнесла Вай. Кроули резко отпустил исцарапанную руку и презрительно фыркнул.
— Скучная ты, скотинка.
— Veniam in me.**
— Quod erat demonstrandum.***
— …Вам ещё что-нибудь нужно от меня? — серовласая плавно села на краешек матраса и уставилась в пол.
— Нет! — аристократ направился к выходу в весьма раздражённом состоянии. Смертная неожиданно даже для Кроули вывела его из равновесия. Мужчине было непонятно, отчего у человека такое равнодушие к его персоне. Юсфорд не мог назвать её поведение непочтительным, ведь смертная не грубила. Он также не мог объяснить своё чересчур эмоциональное состояние. Подумаешь, девушка знает латынь и не скрывает этого. Ничего удивительного нет и в её отрешённости… Но монстр надеялся хоть на какое-то сопротивление!
Час спустя.
К тринадцатому Основателю пришёл слуга и известил его о нападении людей. Вампиру пришлось покинуть свои владения. Эрестер в это время крепко спала, но её безмятежный сон потревожил демон, требующий положенной части души.
— Э-э-э, а разве сегодня? — Вайлети озадаченно почёсывала свои взъерошенные волосы, широко зевая. Её заново перебинтованную руку крепко держал изголодавшийся бессмертный.
— Да-а-а!
Молох без предупреждения навалился на серовласую и приоткрыл рот, нависая над её огорчённым лицом. Прошло всего мгновение, и зрачки смертной сузились от нестерпимой боли во всём теле. Она старалась не кричать, но вот тихие сдавленные стоны всё же слетали с её уст. Внутри всё пылало! Пальцы юной особы рефлекторно сжались в кулак, а дыхание стало частым и глубоким. Все мышцы свело, и тело бросило в жар, крепко стиснутые зубы неприятно заскрипели. Эта нестерпимая пытка длилась около минуты и приносила наслаждение лишь алоглазому. Его щёки покраснели от удовольствия, и казалось, что брюнет вот-вот зарычит от такой вкуснятины…
После положенной платы девушка проснулась и отчаянно схватилась за грудь, пытаясь отдышаться. Теперь ей уж точно не заснуть. Голубоглазая мельком посмотрела на настенные часы и резко выдохнула, вставая с кровати.
— Без двадцати полночь… Не буду медлить! Чем быстрее закончу, тем скорее покину этот отвратительный дом.
