Судорога начала сводить каждую клеточку её тела с удвоенной силой. Ноги предательски разъезжались, не выдерживая его напора, и когда горничная подумала, что вот-вот упадёт, то сильная рука легла на горячий живот, удерживая её от неминуемого падения. Вайлети почувствовала, как мужское тело начало содрогаться, а толчки становились реже, но глубже. С каждым разом Кроули умудрялся пробиться ещё дальше, а через несколько мгновений сладкой пытки военная почувствовала струю внутри себя и взорвалась в ослепительно ярком оргазме.
Мир расплылся словно туман… Вайлети ещё долго пыталась прийти в себя после такого взрыва ощущений. Девушка просто лежала и чувствовала его мерное дыхание, приятные поглаживания по спине, рукам, бёдрам и понимала, что вот оно — счастье! Сейчас она нуждалась лишь в этом и только в этом. Ей не нужен был мир, грязный и отвратительный, люди, погрязшие в грехах. Эрестер нуждалась лишь в наглом и самодовольном вампире, подарившем ей самую лучшую ночь в её ничтожной жизни.
— Я люблю тебя, малышка, — бессмертный обнял свою девочку со спины, вновь произнеся слова о любви, которые сами вылетели из его уст.
— И я тебя, Кроули, — шепнула девушка, чувствуя, как по щеке стекает горячая слеза… Её счастье не вечно, а дни сочтены, и с этим остаётся лишь только смириться.
Раны от любви, в отличие ран от пуль, никого не убивают, но и не заживают никогда.
₰₰₰
В Сангвинеме дела обстояли немного хуже, чем рассчитывала Осана, пытаясь воплотить свой ужасный замысел в жизнь. Девушка ведь почти убила парня, но тот оказался крепок не только душой, но и телом. Те многочисленные эксперименты закалили его, сделав сильнее многих даже взрослых людей, однако Тоши по-прежнему оставался уязвимым ребёнком, которому была необходима помощь близкого человека. Итару приходила навещать юного непоседу каждый день, в надежде развеселить того хоть немного…
Осана стояла у порога его временной комнаты, с подносом в руках и заметно нервничала. Мальчик прищурился и пригласил служанку войти, но только лишь для того, чтобы убедиться в своих догадках. Он был на девяносто девять процентов уверен, что тем отравителем была именно художница.
— Тоширо, я рада, что тебе стало лучше! — с дрожью в голосе молвила девушка.
— Правда? А что же тогда не приходила ко мне всё это время, пока я валялся здесь? — мальчик был настроен крайне решительно, поэтому не стал притворяться паинькой.
— Т-тоши, но это же не от меня зависит… Господин Пелир просил помочь ему, а я не могла отказать, иначе поплатилась бы за это собственной жизнью!
— О-о, а как меня травить, так это ты с радостью? — Осана дрогнула и сделала шаг назад. В её болотных глазах запросто читался страх и удивление, смешанные с чувством вины. — Молчишь… Ты просто неблагодарная дура, вот что я тебе скажу. Настолько отвратительного человека ещё поискать нужно. Мы спасли тебя, и ты выручила нас, так в чём же тогда проблема? Может, в твоей гнилой натуре или же внезапно проснувшихся чувствах к этому ублюдку?! Плачешь… Правильно делаешь, только вот слёзы тебе уже ничем не помогут, дорогуша. Ещё раз ты вытворишь подобное, и я убью тебя… Приблизишься к Итару слишком близко или же расскажешь про сестричку Вайлет, и тебе конец! Больше не приходи сюда и постарайся забыть о нашем существовании. Дальше играй в бессмысленную игру со своим следователем, пока он тебя и сам не осушил до последней капли. Хотя кому захочется прикасаться к такой, как ты!
Устрашающий голос мальчика пробирал до дрожи, вызывая лишь одно чувство — неизмеримый страх. Его глаза сейчас казались слишком тёмными, а от этого девушка ещё больше ужаснулась и, не вытерпев нарастающего давления, пулей вылетела из комнаты, даже не прикрыв за собой дверь. Это сражение выиграл Тоши, но победил ли он в войне?
Сад Кроули Юсфорда.
Облокотившись на дерево, Нит сидел и бессмысленно смотрел вниз, разглядывая собственные пальцы. Его сердце бешено колотилось в груди, а тело горело. Это был конец — он сломался. Норай начал прерывисто дышать, больше не сдерживая собственные неконтролируемые эмоции. Парень закинул голову назад и ударился об ствол, крепко стиснув зубы. Начальник заплакал от нестерпимого чувства ревности. Шатен увидел их мельком, целующихся на балконе самой шикарной комнаты особняка. Вайлети выглядела такой счастливой и до безумия сексуальной, но не его… Норай понял, что их отношения с вампиром зашли слишком далеко, и у него нет ни шанса на успех. Парень просто ушёл, грустно улыбнувшись себе под нос. Вот уже около часа он здесь, не в силах подняться и пойти спать. Поток мыслей, глубоко проникший в голову, просто не давал покоя и умиротворения…
«Как можно быть таким идиотом и влюбиться в ту, за которой тебе приказано следить? Чёрт, а это оказывается больно — любить того, кому ты безразличен…»
