Сладкая погибель полностью

Его глаза еще сильнее потемнели.

— Фантазировать о том, как я наполню тебя моей спермой? Блять, да, это чертовски эротично. — Он провел рукой по губам. — Но реальность окажется совсем другой… даже если бы это было возможно. Все во мне — ядовитое. Почему я должен ожидать, что с моим семенем все будет иначе?

— У меня иммунитет ко всему в тебе. — Она вернула ему вопрос: — Почему мы должны ожидать, что с твоим семенем все будет иначе?

— Ты готова рискнуть? Если есть хоть малейшая вероятность, что ты — моя, то есть шанс, что ты умрешь мучительной смертью.

— У меня иммунитет к тебе; ты восхитителен для меня. Кажется, мы совместимы, да?

Он либо удивился, либо разочаровался ее пофигизмом или и то и другое сразу.

— Есть еще кое-что. Даже если ты сможешь выжить после того, как я наполню тебя моим семенем, демон во мне потребует отметить твою шею укусом, навсегда сигнализируя другим мужчинам, что ты занята.

Так вот о чем говорил Деш.

— Что-то типа татушки? У тебя есть татушки… и я хочу одну!

— Нет-нет, все не так. — Определенно разочаровался. — Она будет видна только демонам.

Джо надулась.

— Я не смогу увидеть собственную тату?

— Ты позволишь мне сделать это? Я воткну свои клыки… тоже смертельно-ядовитые… глубоко в твою плоть. Ты выдержишь столько яда в своем теле? Что если это станет последней каплей?

— Ты засадишь мне, кончишь в меня и укусишь мою шею? Ты только что описал свидание моей мечты. — Она задрожала. — А что буду делать я?

Рун снова наполнил стакан.

— От укуса демона женщины кончают.

— Мне… это… нужно…

Рун выглядел взволнованным. Наливая себе добавки, он плеснул через край.

— Почему тогда я прожил без пары семь тысяч лет? У тебя есть этому объяснение? Скажу, что думаю я: потому что это в любом случае невозможно. Ты не сможешь изменить мое мнение по этому вопросу. У меня была тьма тьмущая времени, чтобы смириться со своей судьбой.

— Потому что на тот момент я еще не родилась, дружище. — Джо ткнула ему в грудь указательным пальцем. — Я вступила в игру всего двадцать пять лет назад. К тому же сейчас Приращение. Ты говорил, что это время, когда Ллореанцы обретают свои половинки. Итак, семь тысяч лет звучит, конечно, страшно, но по правде говоря, я пропустила только первые тринадцать Приращений в твоей жизни.

Рун сглотнул.

Выкуси.

— Ты не думал об этом в таком свете, да?

— Ты действительно считаешь, что ты — моя?

— Ага.

Он пристально посмотрел на нее.

— Я гарантирую, что ты ошибаешься.

Джозефина с пониманием кивнула.

— Потому что я пара Деша? Думаю, он сможет подарить мне свидание моей мечты.

Рун скрежетал зубами, пока на его широкой челюсти не задергались мышцы.

Хозяин ресторана вернулся с подносом, на котором стояли две большие миски. В которые была наложена длинная лапша, украшенная сверху овощами. Еда пахла восхитительно, а бедняге Руну сегодня потребуются все его силы.

— Давай, ешь. Через двадцать минут я по-прежнему буду твоей парой.

— Пусть это поставит меня в неловкое положение, — торжественно заявила Джозефина, когда они с Руном прогуливались вдоль террасы, — но я хочу официально заявить. Мне нравится алкоголь.

Она пошатнулась, поэтому Рун приобнял ее.

Видимо, он дал ей слишком большую дозу. Она еще дважды прикладывалась к его пальцу.

— Думаю, я создал монстра.

По крайней мере, она готова к допросу.

— Ты про кровавую медовуху, о которой упоминал? Не могу дождаться, чтобы попробовать ее. Эй, к слову о фантомах…

Она задавала мириады вопросов о своем виде, но ему почти нечего было ей рассказать.

Она на полном серьезе спросила:

— Если у фантома бывает оргазм, это фантазм?

Рун усмехнулся.

— Я уверен в этом.

Задрав голову вверх, Джозефина остановилась.

— Взгляни на звезды. Мне нравится смотреть на них.

— Ты когда-нибудь летала на самолете?

За обедом она призналась, что никогда не выбиралась дальше Юга Америки.

— Э-э-э-э.

— На такой высоте ты оказываешься ближе к звездам, чем когда-либо.

Ее красные губы изогнулись в усмешке. Но затем она нахмурилась.

— Возможно, в другой раз?..

— В другой раз?

— Разве они не заманчивы? Возможно, я уплыву к ним. — Она протянула руку, словно могла коснуться их. — Они мои. Это первое, что я увидела.

— Что ты имеешь в виду?

— Ничего. — Она снова посмотрела на него. — Куда ты меня ведешь?

Придерживая ее рукой за плечи, он повел ее вниз по каменной дорожке.

— Я же сказал тебе. Это сюрприз. — Он понюхал воздух, но не учуял на горе ни одного Ллореанца. Не услышал Ореа. Время для вопросов. — Я хотел бы кое-что узнать. Как ты могла не знать, кто ты есть? Ты никогда не знала своих родителей?

— Не знаю.

Даже будучи пьяной, она собиралась упираться?

— Ты либо знала их, либо нет.

Пнув камушек, она споткнулась, но он поддержал ее.

— У меня нет никаких воспоминаний до восьмилетнего возраста. Просто чистый лист.

Рун остановился и развернул ее лицом к себе.

— Как такое может быть? Какое твое первое воспоминание?

Ее взгляд стал отстраненным.