Три вещи можно совершенно точно сказать про Валентину Марсден: • она настолько обожает сладкое, что открыла свою пекарню; • она ненавидит праздник, в честь которого ее назвали; • и скорее всего в ближайшее время ее осудят за убийство, когда она задушит подрядчика, чьи работники круглыми днями стучат и сверлят что-то в соседнем помещении, прямо через стену от нее. И это в самое оживленное для ее пекарни время. Работая от рассвета и до заката, Валентина начинает натыкаться на невыносимо сексуального и такого дерзкого незнакомца чаще, чем ей хотелось бы. Настолько часто, что она начинает думать о нем не только как о строителе, но и настоящем сладкоежке. Форд Нокс провел двадцать пять лет своей жизни, всячески избегая излишнего общения с людьми. Каждый день после работы он уезжал в лесной дом, даже не задумываясь о таких самоубийственный вещах, как любовь и семья. Но когда невероятно сладкая и опасно соблазнительная хозяйка пекарни по соседству буквально падает ему на колени в этот день святого Валентина, он опьянен ею и отчаянно нуждается в большем. Нокс – мужчина с самыми порочными аппетитами, и Валентина – единственное блюдо, которое он жаждет заполучить. 📍 ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: «Сладкая Валентина» – это книга, где вас ждет основное блюдо с дерзким и мужественным рабочим, а на десерт – нечто со сладкими конфетными сердечками, изысканной клубникой в шоколаде и первым поцелуем с легким привкусом древесины. Возьмите шоколадный мартини, потому что Нокс и Валентина вот-вот растопят все ваши внутренности!
Автор: Ария Коул
Книга: Сладкая Валентина
Серия: вне серий
Жанр: современный любовный роман, эротика
Перевод: Мария Гридина
Редактирование: Анастасия Михайлова
Русификация обложки: Мария Гридина
Глава 1
Нокс
– Эй, Нокси, малыш, почему бы тебе не сходить в соседнее заведение и не принести нам оттуда каких-нибудь сладостей? – крикнул Лон, один из строителей. Остальные ребята крутились вокруг него.
Я еще раз ударил молотком, прежде чем перекинуть его из одной руки в другую.
– Нет, мне и тут не плохо.
– Нокс, поверь, ты захочешь посмотреть на то, что скрывается за соседними дверями, мужик! – крикнул один из парней.
Я покачал головой, привыкший к грязной манере речи ребят. Одно из того, что я ненавидел в своей работе – необходимость находиться рядом с этой горсткой долбаных животных.
Впрочем, это не означало, что я сам не был таковым.
Я жил в двадцати пяти милях отсюда, недалеко от двухполосной дороги, и немного – а может и довольно сильно – походил на животное. Но только не тогда, когда дело касалось женщин.
Прошли годы с тех пор, как я посмотрел на одну и ту же женщину дважды.
Так или иначе, я был вынужден проводить много времени рядом с этими извращенцами. Рассказов, которыми они делились каждое утро по понедельникам, попивая кофе, было достаточно, чтобы заставлять меня съеживаться. И это было тем более неожиданно, потому что каждого дома ждала жена или подружка. Неужели только я, единственный из всех вечный холостяк, был тем, кто относился к женщинам с уважением?
– Хээээй, – Марио заглянул в дверной проем небольшого офиса, который мы ремонтировали. – Мужик, ты не сказал мне, что крошка по соседству выглядит, как София Вергара! Мы с ней сбежим и наделаем кучу детей, – он очертил в воздухе фигуру девушки в виде песочных часов и присвистнул.
Чертовы ублюдки.
Если бы я так сильно не любил свою работу, то бросил бы все и свалил.
Но была и еще одна проблема – в таком маленьком городке оставалось не так много работы. И порви я договор с Карузо Контрактинг, мне пришлось бы уехать отсюда, чтобы найти место с зарплатой такого же уровня, что я получал сейчас.
Я занимался строительством с девятнадцати лет. И к этому моменту накопил достаточно денег. Фактически я не тратил свою зарплату последние пять лет, поэтому смог купить землю недалеко отсюда в горах Колорадо – возле тех мест, где вырос. Заплатив наличными, я приобрел материалы для строительства бревенчатой хижины и принялся за работу. Я почти на девяносто процентов построил там все своими руками, трудясь по ночам и выходным. Вкладывая в работу все свое сердце.
Короче говоря, я не собирался уезжать из этих мест. А также от Карузо и этого небольшого городка, стоящего посреди штата Колорадо.
То есть, я был там, где хотел быть, даже если зачастую мне приходилось иметь дело с такими вот придурками.
– Прервусь на ланч, – я бросил молоток под ноги, отстегнул пояс с инструментами и тоже положил его на пол.
– Хочешь проверить ту горячую штучку по соседству? – спросил Лон.
– Хочу выпить чертовой воды и, может, съесть сэндвич. Что-то еще хочешь узнать, Карузо? – я посмотрел на брата хозяина фирмы – Лона Карузо, все время ведущего себя, как долбаный придурок.
Лон покачал головой, внезапно заинтересовавшись банкой с газировкой в своих руках.
Я толкнул стеклянную дверь и вышел на прохладный февральский воздух. Мороз начал пощипывать щеки – одна из вещей, которые мне так нравились в жизни в горах. Воздух здесь был чуть разряженнее, но я уверен, что это было полезно для души, для моей так точно, мать твою.
Я посмотрел на другую сторону улицы, подумывая о холодном сэндвиче из магазина, но шоколадные круассаны, лежащие на витрине пекарни, казалось, просто звали меня по имени.
Я не особо беспокоился о калориях, но радовало, что эта работа закончится через пару недель. Потому что приобрети я привычку забегать каждый день за круассаном, то довольно скоро отрастил бы себе приличный живот.
Я повернулся, немного опасаясь после разговоров ребят увидеть женщину, которая управляла этой милой небольшой пекарней. Меня терзало ужасное чувство вины – моя мама хорошо меня воспитала. Настоящий мужчина не должен говорить подобного дерьма о женщине. Потому что она была создана для того, чтобы ее любили, боготворили и заботились о ней. А не для того, чтобы стать звездой грязных фантазий какого-то чертового придурка.
Толкнув стеклянные двери, я вошел в Пекарню «Сладкоежка», и одурманивающий запах выпечки полностью поглотил меня. Ваниль, вишня, карамель и бесчисленное множество других ароматов смешались, вызывая какую-то странную и давно забытую ностальгию. Это место так остро напомнило мне о моем детстве.
Весь интерьер представлял собой какой-то сумасшедший взрыв розовых красок: темные и светлые, блестящие и в горошек, а также повсюду этого же цвета оборки. Однозначно, этим местом управляла женщина.
К слову о...
Я подошел ближе к витрине, разглядывая золотистые круассаны, а затем заглянул за прилавок. Моим глазам предстали аппетитные изгибы и оливковая кожа.
Твою же мать!
Парни не шутили.
София Вергара, только в тысячу раз горячее.
