– Вот и думай, зачем твой отец его прислал, за тобой присматривать или тебя от Эдика избавить. Если и то и другое, то Эдика мы не найдем. Этот Спиридонов – мужик тренированный, ему твоего Эдика как два пальца…
– Но также нельзя!
– Пойди ему это и скажи!
– Спиридонову?
– Можешь отцу позвонить.
Инга замолчала, раздумывая над предложением, и, выдержав паузу, вдруг спросила:
– А вы здесь что делаете?
– Начнем с того, что мы приехали раньше вас.
– А с моста кого сбросили?
– Я никого не сбрасывала!
Кирилл не открывал глаз, не видел Анжелу, но уловил в ее голосе растерянность.
– А Кирилл?
– Кирилл сбросил меня!
– Тебя?! С моста?!
– В реку.
– Ты шутишь?
– Я тоже думала, что он шутит. А он взял и сбросил!..
– Да не-ет!
Слишком уж глупая у Анжелы версия, чтобы в нее верить. Но в то же время чем чудовищнее ложь…
– Меня прямо в озеро выбросило! Кирилл молодец, нырнул за мной, вытащил!
– Нырнул?
– Да, после того, как вы уехали.
– Кирилл! – Инга с силой тряхнула за плечо.
Пришлось открывать глаза, делать удивленный вид.
– Это правда?.. Зачем ты Анжелу с моста сбросил?
– Она сама попросила.
– Сама?!
– Зачем девчонку пугаешь? – Кирилл с укором глянул на Анжелу. – Еще подумает, что я маньяк!
– А кто ты? Жениться на мне не хочешь!
– А это грех? – спросил он.
– Да почти то же самое, что шкуру с бобра содрать! – Анжела улыбалась, давая понять, что это совсем не так. Или не совсем так.
– Ну так скажи Копылову, он меня накажет.
– И скажу!
– Да ну вас! – Инга махнула рукой на Кирилла.
– А Эдик твой, кроме тебя, никаких других животных не мучал? – в шутливом ключе, но всерьез вдруг спросила Анжела.
– Других животных… – в раздумье проговорила Инга. И только тогда возмущенно уставилась на Анжелу.
– Да шучу я, шучу! Кирилл заразил…
– Ну, если Кирилл… А Эдик говорил, что собаку в армии съели.
– А он служил?
– Так я же говорю, у него два или три года перерыва… С бюджета отчислили, он в армию пошел, потом в институте восстановился, но на платное обучение …
– И как собака? Вкусная?
– Сказал, молодая была, почти щенок…
– А в армии не кормят?
– Кормят. Хорошо, говорит, кормили.
– Но собаку сожрали… Шкуру с нее сняли, да?
– Я не знаю.
– А кому он об этом говорил? Только тебе или еще кому-то?
– Не знаю, при мне никому не говорил. А что?
– Да ничего. Хотя, может, что-то и значит, – пожала плечами Анжела.
В дверь постучали, она пошла открывать.
– Кто там? – Кирилл оторвал спину от дивана.
– Лед принесли, мы заказали… – сказала Инга. И тут же: – Ты тоже думаешь, что Эдика могли убить?
– Не знаю.
Если Эдика убили, то съеденная собака здесь точно ни при чем… Хотя кто его знает. Вдруг Копылов знает все. И про сброшенную в реку Ларису, и даже про раздавленную лягушку.
– И что мне делать?
– Домой ехать. К отцу!
– А как же Эдик?
– Эдик все поймет… Если он жив.
– Что поймет?
– А то, что чертовщина здесь какая-то творится! Или ты этого не поняла?
– Да поняла!
– «Ланд Ровер» твой?
– Да.
– Сама водишь?
– Да не поеду я никуда!
– А если ты сама повинна в чьей-то смерти? Мясо ешь? Шубы носишь?
– Шубы?!.. Ну да, есть шуба… Две.
– Песец?
– Почему песец? Соболь, шиншилла.
– Все равно песец!
В зал вошла Анжела. Кофточка, кожаные брюки в обтяжку, волосы распущены, губы сочно накрашены. А ведь красивая, сексуальная. И не совсем дура… Или даже совсем не дура.
Она поставила ведерко со льдом, бутылку виски, колу.
– Что-то вискарика захотелось!
– Дверь закрыла? – спросил Кирилл.
– Закрыла, а что?
– Шуба у тебя есть?
– Ну есть!
– Поздравляю! С причислением к лику живодеров!
– Ура! – Анжела улыбнулась, давая понять, что оценила шутку. Но при этом краска почему-то сошла с лица.
– Мясо ешь?
– Да ну тебя к черту, Полотнов!
– Из дома в одиночку не выходить! – Кирилл вынул и положил на диван свой травмат. – В окна не смотреть! Пьянству бой!
– Вот сейчас по пьянству и ударим! – Инга откупорила бутылку, взяла стакан.
Но Кирилл не поленился отобрать у нее и то, и другое. И виски он вылил в раковину на кухне, и остатки рома.
– А я давно предлагала! – Анжела смотрела на него игриво, но с обидой. – Бросить пить и заняться любовью!
– А почему бы и нет? – Кирилл подошел к ней вплотную.
Действительно, две ночи под одной крышей провели, а результата нет, как будто его женщины не интересуют. Еще как интересуют!
– Потому что у меня здесь ничего нет. – Анжела отступила на шаг.
Кирилл, конечно, мог ее понять. У самого только то, в чем приехал, да комплект армейского камуфляжа. И Анжеле не во что переодеться, с бельем проблемы, а для женщины это критично. Может, потому ее и смутил его натиск.
– А ничего и не надо!
Кирилл одной рукой обнял ее за талию, а другой прижал к себе. Вырываться она не стала, но и взгляд не затуманился. Кирилл понял, что пора останавливаться. А еще Инга на кухню зашла.
– Мне бы домой сходить, – сказала она, кивком указав за окно. – Может, Эдик вернулся?
Анжела кивнула, но из объятий Кирилла высвободилась неохотно.
Тишина над озером. Мертвая тишина. Дождя нет, река шумит, но уровень воды немного спал, проезд открылся. Трупа нигде не видно.
