Но и тогда Кирилл не открыл глаз. Он и без этого видел ее. Она стояла рядом, в одной руке бутылка рома, в другой наполненный стакан. А неподалеку от дома лежал накрытый тканью труп Миши. Патрульные с автоматами стоят, омоновцы прохаживаются, людно на дворе, шумно, а безопасно ли?
– Спасибо! – Он открыл глаза, поднялся.
Анжела действительно стояла рядом, и за окном лежал накрытый специальной тканью труп. Но постовых Кирилл не увидел, и омоновцы не прохаживались по территории. Ни следователя, ни экспертов, вообще никого.
– Опять мы одни остались! – Анжела подошла к нему, прижалась сзади.
От нее пахло свежестью и шампунем, волосы влажные. Когда это она успела принять душ?..
– Я что, спал?
– Не знаю, может, и не спал. Но храпел крепко! Кошмар снился?
– Отходим от окна! – сказал он, вспомнив о том, что свет с улицы делает его прекрасной мишенью.
Сказал и сдвинулся в сторону, но Анжела осталась на месте. И еще плотней прижалась к нему.
– Отходим… Лишь бы совсем не отойти. В мир иной, – усмехнулась она.
– Не совсем отошел Копылов. Считался без вести пропавшим, считался погибшим… Даже здесь, когда объявился, считался мертвым.
– И сейчас считается.
– Живой он. Даже чересчур.
– Надо брать с него пример.
– О чем это ты?
Анжела с силой взяла его за плечи, развернула к себе и посмотрела в глаза:
– Обними меня!
Кирилл кивнул. Сошлись они, конечно, при странных обстоятельствах, да и сейчас ситуация не лучше, даже хуже. Но сейчас Кирилл уже знал, с кем имеет дело. Анжела девушка непростая, но и не усложненная. Да и внешность у нее очень даже. А то, что хапнула она там на службе, кто сейчас без греха? Кирилл и сам по уши в дерьме, после того как сбросил с моста труп Ларисы.
– И обниму, – кивнул он.
– Меньше слов, – закрывая глаза, прошептала она.
Кирилл кивнул, чувствуя, как закипает в нем кровь. Он обнял Анжелу, и в этот момент погас свет. Везде. Территория базы погрузилась во тьму.
– Это что? – дернулся он.
– Что такое? – Анжела открыла глаза. – Почему так темно?
– Полиция уехала. И все. Последний потушил свет, – чувствуя, как остывает кровь в жилах, подрагивающим от волнения голосом проговорил Кирилл.
– Пистолет!
Травмат лежал на барной стойке, Анжела наощупь добралась до него, взяла, прижала к груди. И в этот момент в окно влетел булыжник. Лопнуло стекло, зазвенели осколки, гардина оттопырилась, будто кто-то с той стороны надавил на нее рукой. Камень упал в кресло, где совсем недавно сидел Кирилл.
– Ничего себе!
Анжела бросилась к окну, отодвинула занавеску, Кирилл последовал за ней, с трудом оторвав от пола задеревеневшие вдруг ноги.
За окном темно, никого не видно, Анжела выстрелила для острастки через пробоину в стекле.
– Не надо!
Кирилл схватил ее за руку, оттащил от окна.
– Сейчас в ответ пальнут!
– Или гранату кинут!.. – кивнула она. – Давай наверх!..
Они поднялись на второй этаж, там ее и догнал более страшный прогноз.
– А если зажигалку бросят?
Дом деревянный, огонь мгновенно охватит первый этаж, перекинется на второй. Как бы заживо не сгореть.
– Не мог Клементьев уехать! Труп еще лежит! – вспомнила Анжела.
– В главный корпус?!
– Только без паники! – Не понятно, кого успокаивала Анжела, Кирилла или себя.
– А если нас там уже ждут?
– Думаешь, выкуривают?
– Где сейчас большая опасность, у озера или по дорожке?
– У озера, – не раздумывая, определила Анжела.
– Вот через озеро и пойдем!
– Мне страшно!
– А по дорожке?
– Тоже страшно!
– Тогда держись крепко!
Кирилл забрал у Анжелы пистолет, сначала сам вышел из дома, осмотрелся, прислушался, вроде нормально, потом поманил Анжелу, она вышла, торопливо закрыла за собой дверь.
У озера темно, но не тихо. Ветер поднялся, волна плещет. Небо затянуто тучами, луна не пробивается. Но и людей не видно. И нелюдей тоже. По следу никто не идет, из-за дома ружье не выглядывает, водяной из воды не выходит, лесной дух с деревьев не набрасывается. И все равно до жути страшно.
Они дошли до бани, когда загорелись фонари, осветилась и парковка, и площадь перед главным корпусом. А у озера все так же темно. Окна первого дома не светятся, и в бане темнота. Хотя дверь открыта.
– Пошли!
Анжела возбудилась, схватила Кирилла и потянула на свет. Но он уперся:
– Тихо!
Он кивком указал на открытую дверь бани, вдруг там засада.
Анжела замерла, всматриваясь в темноту за дверью. А Кирилл смотрел на свет. Не видно служебных машин на парковке, полицейские по территории базы не бродят. А ведь вроде даже спецназ подъезжал, воодушевив его своим присутствием. Все, нет больше никого, разъехались все. А труп остался? Почему труп не забрали? Бред какой-то.
Кирилл взял Анжелу под локоток и осторожно, стараясь не шуметь, повел ее к зданию. А на крыльцо кто-то вышел, Кирилл успел увидеть женскую руку с сигаретой в ней. И перстенек, кажется, с сердечком.
Яна продолжала курить, когда они напрямую вышли к ней. И сигарету она держала в левой руке, а не в правой. Видимо, левша. И перстень знакомый на пальце, камень граната в форме сердца в обрамлении фианитов.
