Продолжая петь о том, как Пёс избавил Эмер от мужчины, которому та была обещана, поэт быстро перебирал струны пальцами. Бранвен не могла не отметить, как они были изящны. Его пение переросло в крещендо, когда он добрался до ее любимой части истории: богиня Фанд соблазняет Пса, заманив его в Другой мир, и Эмер борется с ней, угрожая богине серебряным клинком.
В тот момент, когда в песне Эмер спасала Пса из Другого мира, по спине Бранвен пробежала дрожь предчувствия. Что-то было не так. Она поднялась на ноги, приложив палец к губам. Тантрис тут же прекратил играть.
Девушка не могла объяснить это, но она знала, что они в опасности. Дрожь была предупреждением. Она велела Тантрису уйти. Тот покачал головой. Страх опалял каждый нерв Бранвен. Она ткнула указательным пальцем в самый темный, самый дальний край пещеры и выдохнула: «Пожалуйста». После нескольких секунд безмолвной битвы взглядов, Тантрис вздохнул и скользнул в темноту.
Сжав зубы, Бранвен шагнула к выходу из пещеры, наклонилась, чтобы не оцарапаться о шиповник.
– Кин! – Ее голос звучал слишком высоко. «Постарайся не волноваться, Бранвен». Вдохнув, она спросила: – Что ты здесь делаешь?
– Я мог бы спросить тебя о том же. – Воин держал в руке факел, освещающий его суровое лицо. Затем он улыбнулся, почти застенчиво, и девушка перехватила инициативу:
– Я первая спросила.
– Тебя искала принцесса Эсильта.
– О, – легкомысленно начала Бранвен, – ты же понимаешь, что скорее всего она послала тебя найти меня, чтобы остаться наедине с Диармайдом?
Кин перестал улыбаться.
– Я знаю, моя леди. Хотя я сам вызвался, чтобы провести время наедине с тобой.
Ее брови поползли вверх. Кин никогда так смело не говорил с ней. Неужели, находясь за пределами замка, он может позволять себе говорить более свободно?
Воин кашлянул в кулак, – казалось, осознал свою ошибку:
– Но зато я принес хорошие новости. Сирша очнулась. И она зовет тебя.
Страх за Тантриса на мгновение улетучился, и широкая улыбка просияла на лице Бранвен.
– Это самая чудесная новость из всех возможных, Кин!
– Тогда я рад быть тем, кто доставил ее.
– Спасибо. Большое тебе спасибо. – Они наслаждались мгновением восторга, прежде чем Бранвен задумалась: – Но откуда ты узнал, где меня найти?
Кин переступил с ноги на ногу.
– Принцесса – не единственная, за кем я слежу.
«О, нет». Конечно, нет. Сколько раз Тантрис мог быть разоблачен из-за Бранвен! Как она была беспечна! Ей казалось, что она так осторожна, так умна, – но она привела королевскую гвардию прямо к дверям убежища кернывмана.
Внезапно сквозь свисающие лианы пробралась лиса и затявкала на них. Кин удивленно рассмеялся. Впрочем, гвардеец был не так удивлен, как Бранвен. Ее сердце остановилось и снова заколотилось. Откуда вдруг материализовалась лиса, если пещера не была входом в Другой мир?
– Кто это у нас здесь? – спросил Кин.
Оправившись от неожиданности, Бранвен сказала:
– Это один из моих пациентов. Я нашла зверька в ловушке в одной из песчаных ям и ухаживала за ним здесь, в пещере.
Выдумка слишком легко слетела с ее языка. Кин нахмурился:
– Я поставил эти ловушки на кернывменов, а не на лисиц. Хотя они могут быть одним и тем же. – Он примирительно погладил лису. Зверек тут же укусил его за палец. Охнув, воин отдернул руку.
– Я рад, что ты не пострадала, моя леди.
– Тебе не нужно беспокоиться обо мне.
– Возможно, нет. – Пауза. – Но я беспокоюсь.
С берега прорвалась волна прибоя.
– Пойдем, – сказал Кин. – Я провожу тебя в лазарет.
– Я сама найду дорогу.
– Уже стемнело. Я настаиваю.
Бранвен не хотела уходить, не попрощавшись с Тантрисом, но она не смогла найти для Кина причины задержаться в пещере. Словно говоря с лисой, она повысила голос:
– Оставайся здесь. Я вернусь завтра.
Зверек один раз вздрогнул, его глаза сверкнули, как свечи в темноте, и он бросился вглубь пещеры. «Охраняй Тантриса», – мысленно попросила девушка.
– Это существо кажется очень преданным тебе, – заметил Кин, когда они направились к воротам замка.
– Может, и так.
– Только не забывай, что оно дикое.
В свете факела Бранвен бросила на него взгляд.
– В смысле?
– В смысле, что когда ты думаешь, что приручила дикую тварь, она может нанести тебе наибольший вред.
Девушка не ответила. Она знала, что Кин прав.
Ее сердце было самым диким из всех.
Дым заполнил ее легкие. Паника лизнула желудок. Колючки шиповника у ее ног жалили, цеплялись, хватались за нее, удерживая на месте.
Далеко в море Бранвен увидела яркий свет, кристально чистый и гипнотизирующий. Он мигнул, словно сигнализируя. Но она не могла двигаться. Она не могла дышать.
А затем на волнах заплясал огонь.
«Нет!» Она попыталась кричать, но у нее не было голоса.
Что-то пушисто-мягкое коснулось ее лодыжек. Глаза черного дерева стали янтарными. Лиса.
Зверек зарычал и затявкал, вытянув голову к океану. Девушка знала, что лиса хочет, чтобы она последовала за ней, но оказалась в ловушке.
Колючие ветки держали ее в плену.
Лиса снова залаяла.
«Что такое немного крови?» – казалось, говорила она.
Время вокруг Бранвен искривилось. Звезды коснулись горизонта, и море вскипело.
