– Моя любовь будет с нею всегда, – пообещала она королеве, добавив про себя: «что бы ни случилось». – Но я не говорю о любви между кузинами, я имею в виду то, что существует между… любовниками.
Королева Эсильта поставила свой бокал на столик.
– И у тебя в этом есть опыт, леди Бранвен?
Лицо Тристана возникло в голове девушки, и ледяной огонь опалил ее кожу. Ее глаза непроизвольно закрылись.
Королева наклонила голову, ее губы изогнулись.
– В таком случае ты и принц Кернывака получите мое благословение – как только будете в Керныве.
– Благодарю тебя, леди королева, – сказала Бранвен, переполненная благодарности, ругая себя за то, что растрачивает понимание королевы, снова возвращая ее на иверикскую почву, – но, это…
– …не то, что ты пришла обсудить, – закончила за нее Эсильта. Она наклонилась вперед в ожидании. – Бранни, пожалуйста, говори прямо. Полагаю, я рассказывала, как дети недоумевают, когда у них начинаются месячные кровотечения.
Смех ее тети отозвался эхом пронзительного пения черных дроздов, взгроздившихся на выступе окна. Это звучало почти как предупреждение, но Бранвен не могла его понять. Она заботилась о сердце своей маленькой кузины еще до того, как та могла ходить.
– Эсси однажды попросила меня приготовить ей любовный напиток. Я не знаю, как его готовить. – Бранвен бросила взгляд на тетю. – Думаю, ты знаешь.
– Нет, Бранни. – Королева крепко сжала руки. – Это слишком опасно.
– Опасно было, когда я исцеляла Тристана, – сказала она, выпятив подбородок, сама удивленная силой своих слов. Тетя тоже была ошеломлена.
– Я бы никогда не попросила тебя рисковать своей жизнью, если бы вся Ивериу не была поставлена на кон.
– Я знаю… я знаю и считаю, что вся Ивериу все еще поставлена на кон. – Бранвен больше не хотела находить на подушке кузины спутанные волосы, окрашенные кровью. – Ивериу полагается на принцессу, чтобы та обеспечила мир и счастье. А принцесса нуждается в нас, чтобы обеспечить ее счастье.
– Понимаю. – Королева барабанила пальцами по столу; ногти ее были хрупкими и неокрашенными. – Это сердце моей дочери ты хочешь укротить?
Черные крылья хлопали за оконным стеклом. И вновь тетя ничего не замечала. Птица должна быть эхом Другого мира.
– Да, и короля Марка. – Бранвен никогда бы не поверила, что может быть такой смелой. Но любовь толкала людей на смелые – а иногда и непостижимо глупые – поступки. А Бранвен любила свою кузину.
Молчание, холодное и соленое, омывало помещение. Наконец, королева Эсильта промолвила:
– Настоящая любовь похожа на цветок. Он должен расти естественным образом. Искусственно выведенные фрукты почти всегда горчат.
– Почти, – повторила Бранвен, наполовину вопрошая, наполовину умоляя. – Мы обязаны Эсси…
Королева подняла палец, и она прервалась на полуслове.
– Прости, сердечко мое. Мой ответ – нет. Риск слишком велик. Эсси найдет свой собственный путь с королем Марком, как я нашла его с Энгусом. Мы строили нашу любовь как крепость, камень за камнем.
– Крепости построены, чтобы удерживать людей.
Тетя удивленно взглянула на нее. Бранвен так дерзко никогда не разговаривала с королевой Ивериу. Она прижала руку ко рту.
– Возможно, это
Она склонила голову, стыдясь.
– Прости меня, леди королева. – В ушах Бранвен звучала тишина. Затем она услышала сопение королевы.
– Если и ты согласишься простить меня, – сказала тетя, и Бранвен вгляделась в нее сквозь ресницы. – Я знаю, что ты говоришь от любви, а я переутомилась. – Королева Эсильта откинулась на мягкую подушку своего кресла. – Эсси позволит тебе защитить ее счастье в Керныве. – Она взяла кубок с янтарным нектаром. – И ты – самый верный Защитник, который у нее может быть.
Черная птица вспорхнула с подоконника и поднялась в небо.
Бранвен сглотнула. Королева подмигнула.
– Этого должно быть достаточно.
Она кивнула, слабо улыбаясь, но, когда уже спустилась по ступенькам западной башни, правда дошла до Бранвен.
Для кузины этого будет недостаточно
С тех пор как Бранвен прервала свидание Эсси в самой середине, кузина говорила с Бранвен как можно меньше. Еще бы, ведь Бранвен отказалась извиниться за исполнение своего долга. Эсси, скорее всего, также обвиняла ее и за то, что король Энгус поручил лорду Диармайду подготовить отчет о состоянии иверикских маяков вдали от замка Ригани, хотя никакого отношения к этому Бранвен не имела. С тех пор тупиковая ситуация длилась уже полмесяца.
Кузины безмолвно работали вместе над гирляндами осенних цветов, розовых и белых тысячелистников, для праздника детей. Замковые слуги, без сомнения, обсуждали их колкое молчание, когда были за пределами слышимости.
Согласно протоколу, Тристан, как победитель турнира претендентов, должен был сопровождать принцессу в ее официальных делах. Эсси не улыбалась ему и не отвечала на попытки с ней подружиться. Пусть их королевства заключили мир, но принцесса вела свою личную войну.
