Этот поцелуй был просто нереальный. В нем было все, нежность и страсть, желание обладать и необходимость принадлежать. Мы были там, в моменте, без остатка отдавая себя друг другу. Я больше не боялась доверять, а Николя всей своей мощью показывал, что он сделает все на свете, чтобы я больше не страдала, не даст меня в обиду и позаботиться обо мне. Этим всепоглощающим поцелуем он как будто давал мне надежду, нет, не надежду, уверенность, в том, что с этого момента я под защитой и он сделает все, чтобы я была счастлива.
И я верила, потому что знала, что это действительно будет именно так, что он горы свернет ради меня, и сделает все, чтобы только на моем лице светилась улыбка. Я знала это потому, что чувствовала то же самое, чувствовала, что он именно тот, кому я смогу отдать всю свою любовь без остатка, потому что она просто не сможет закончится. Мы были созданы друг для друга и оба понимали это сейчас, когда все предрассудки, глупые сплетни и непонимания наконец-то были позади.
Отдавшись целиком новым, потрясающим ощущениям, которых я не испытывала никогда в жизни, я даже не заметила, что мои ноги больше не касались земли. Не отрывая от меня своих обжигающих губ, Николя несильно, но снова приподнял меня, неся в квартиру.
Не знаю, закрыли ли мы дверь, не имею ни малейшего понятия, остановились ли мы в прихожей на какое-то время или сразу продолжили свой путь в спальню, но через, казалось, целую вечность и в то же время всего через мгновение, я очнулась от ощущения чего-то мягкого под своей попой. Приоткрыв один глаз, заметила, что сижу на кровати, но думать и анализировать совершенно не хотелось.
Запустив пальцы в его все еще мокрую шевелюру, и тем самым добавив ощущениям новую глубину, я с самозабвением отдалась поцелую, лишь за задворках сознания ощущая, как Николя расстегивает молнию моего платья, обжигая нежную кожу спины горячими прикосновениями, как мучительно медленно стягивает ткань с моих плеч, и на секунду замирает в изумлении поняв, что, по счастливому стечению обстоятельств, сегодня я не надела белья. Ощущая, как медленно, не переставая ласкать меня своими обжигающими ладонями, а потом и губами, Николя спускает платье все ниже, передавая бразды правления острым ощущениям прикосновения кожа к коже, а потом нехотя, но все же отрывается от меня, заставляя тут же озябнуть без его горячей близости, но всего лишь на секунду.
А потом он снова врывается в мою реальность страстным поцелуем, сминая мои губы и пробираясь языком все глубже в мой рот, заставляя сходить с ума от удовольствия. Он наконец кладет меня на шелковистую ткань одеяла и делает все, чтобы эту ночь я не забыла никогда.
И я не забуду, потому что даже не представляла, что можно испытывать ощущения, похожие на эти. Мне казалось, что я нахожусь в первом ряду показа самого грандиозного фейерверка в истории страны. Вот один заряд улетает в воздух, захватывая дух своей красотой и совершенством, вот второй, потом еще и еще, а потом их становиться так много, что я просто замираю от восторга, и, наконец, последний, самый мощный заряд фейерверка запускает в небо миллион разноцветных огоньков, заставляя задержать дыхание от того, насколько это грандиозно, неповторимо и незабываемо.
Настолько, что даже взаимные «Люблю», сказанные в этот самый момент, меркнут за грохотом триумфа и необъяснимого, бесконечно прекрасного счастья.
— Ну что, — простонала Лиля. — Сейчас ты уверена? Это оно?
— Оно! — улыбнувшись, я спустилась с круглого постамента окруженного зеркалами и направилась в примерочную.
— Не могу поверить! — причитала подруга из-за шторки. — Какой облом! Мы с Гошей поспорили, что ты так и не найдешь свадебное платье и придешь на свадьбу в белье, и теперь я обязана буду в течении месяца готовить. Сама! Понимаешь? Может все-таки еще передумаешь?
— Нет, Лиля, это платье идеально. И, в конце концов, ты же моя подруга, почему ты спорила против меня?
— Ну, — после продолжительной паузы пояснила она. — Мне кажется не только я, но и все консультанты магазинов Москвы и Парижа уже не верили, что ты наконец найдешь платье своей мечты. Ведь посуди, ты ищешь уже сколько, восемь месяцев? Да у тебя свадьба через неделю! Конечно же я поставила на то, что ты не найдешь.
Приоткрыв шторку, я показала подруге язык.
— Ой, Лиль, много ты понимаешь. Знаешь как сложно выбрать платье достойное того, чтобы в нем выйти замуж за самого потрясающего мужчину в мире?
— Конечно знаю! Я свое купила в первом же магазине, и ничего, Гоша был в восторге, если помнишь. О, я поняла, это то золотое так изменило твои стандарты, как никак после такого великолепия нужно теперь всегда соответствовать.
Согласно кивнув, про себя я заметила, что вкус мне изменило вовсе не оно, а один очаровательный француз, показавший, что любовь, оказывается, может быть идеальной и достойна только соответствующего платья.
Я до сих пор с замиранием сердца вспоминала наш первый совместный год, боясь поверить, что такое бывает.
