Сладкий запах крови полностью

Вампир выглядел как положено — жутковато-хорошеньким. Иссиня-черные волосы, стянутые в хвостик, лишь подчеркивали мертвенную бледность его точеного лица. Сумрачные серые глаза манили и обещали. Черная шелковая рубашка облегала твердокаменный пресс, мягкие кожаные брюки обтягивали длинные стройные ноги. Поверх всего этого великолепия был наброшен длинный черный плащ, и поскольку на фотографии вампир сидел на каменных ступенях, плащ растекался вокруг него, так что казалось, будто вампир окутан своим личным облаком завлекательной тьмы. На заднем плане высилось лондонское колесо обозрения, эффектно подсвеченное огнями фейерверков, что придавало снимку пошловатый шик.

Вот такая-то фотография бросалась в глаза с первой страницы всех газет: не просто очередная история из жизни знаменитостей, а настоящая сенсация, да еще какая — замешенная на убийстве и вампирах. Эта новость могла, пожалуй, на минуту-другую пробудить во мне праздный интерес, но к моей жизни не имела никакого отношения.

По крайней мере так я тогда думала.

На Лондон, несмотря на конец сентября, обрушилась запоздалая жара, яркое солнце нещадно палило город, а я посиживала за своим излюбленным угловым столиком в кафе «Рози Ли» и разглядывала фотографию вампира. Жара пришибла всех: даже туристы, которые обычно толпились на рынке Ковент-Гарден, теперь спасались от солнца и жары под сенью колоннады собора Святого Павла. Уличные лоточники, музыканты и прочие и те попрятались, и булыжная мостовая опустела. Кондиционера в кафе не имелось, распахнутые окна положение дел не спасали — душный раскаленный воздух плотно давил на меня со всех сторон. Ну хотя бы относительно тихо, и то спасибо.

Я работаю на фирму «Античар», наш девиз — «Магия должна быть безопасной!». Так что сегодня все мучительно-бесконечное утро у меня ухлопалось на утомительную процедуру — я гонялась за пикси по Трафальгарской площади. Стая этих хулиганов упорно пыталась оживить бронзовых львов. По части магии пикси, конечно, слабачки, однако это была уже пятая попытка за месяц, и хотя бы в упорстве им не откажешь. По их милости я осталась без ленча и теперь рассчитывала что-нибудь быстренько перехватить, прежде чем мчаться на новое задание. То есть это я надеялась, что перекушу быстренько, — Кэти, официантка, была на этот счет иного мнения.

Она плюхнула передо мной на столик еще пачку газет:

— Ты только глянь, Дженни!

Я бросила страдальческий взгляд на заголовки. Заголовки были кричащие.

«Знаменитый вампир арестован за убийство подружки!» — орал один. «Девушка мистера Марта сыграла в ящик!» — вопил другой. И наконец, самый броский: «Завалил с одного укуса!» Вряд ли хоть какой из них удостоился бы премии «Лучший заголовок года», но в глаза они бросались, это точно, — хотя бы благодаря гигантскому шрифту.

Кэти ткнула пальчиком в фото вампира и горестно вздохнула:

— Ах, как это трагично! — Она потеребила свое неизменное украшение — голубой кулончик-сердечко. — Мистер Март... такой красавчик, такая пуся! Глянь, это ведь та самая фотка из календаря, ну, ты же знаешь!

— Угу-м, — буркнула я, поскольку решительно не разделяла Кэтино подростковое увлечение вампирами.

— Не знаешь? Ну ты даешь! — Она даже пихнула меня локтем. — Да он на всех углах продавался! Ну, фоты всяких этих, как их, достопримечательностей, в смысле вампиры на их фоне, и все в исторических костюмах. О-о-о, там был такой снимок, я от него просто офигела, — кавалер перед Букингемским дворцом, красотища... А еще мистер Апрель в прикиде римского полководца, умереть не встать, хотя не такой крутой, как...

— Кстати, насчет умереть, — вклинилась я. — Кэти, я умираю от жажды, может, принесешь мне наконец апельсиновый сок, а?

— Хи-хи-хи, ужасно смешно, Дженни! — И Кэти наконец порхнула к стойке — такая хорошенькая в легкой летней юбчонке и маечке.

Я прикрыла глаза, сосредоточилась и включила магическое чутье — определить, как там Кэти. То, что она при этом шмыгнула в кухню, мне не мешало. Умей я на самом деле видеть ауру глазами, вокруг Кэти мерцало бы кобальтово-синее облако. Я облегченно выдохнула. Защитное заклятие-оберег, которое я купила и зарядила в Кэтин кулончик, работало как миленькое. Рынок Ковент-Гарден — это главный лондонский колдовской базар, тут можно купить все, чего душа пожелает: хочешь — средство против растрепанности или заглушку от шумных соседей, хочешь — чары от платы на парковках, хотя последние, между прочим, противозаконны. В том, чтобы работать здесь, есть кое-какие преимущества, но осторожность все равно не повредит. Ведьм и колдунов лучше не злить, руганью они никогда не ограничиваются, того и гляди, горючими слезами умоешься или пупырями пойдешь.

— Уф, ну и погодка, а? — донесся из кухни голосок Кэти, болтавшей с поваром Фредди. — По ящику говорили, побит десятилетний рекорд жары. Во зашкалило!