– Это вам надо беспокоится о своем психическом здоровье, а не переживать за мое!
– Как же у вас все просто, Артем! Черное и белое – все ясно и понятно. Педофил? Мерзость. Пес войны? Маньяк. Кто-то сказал что-то, не входящее в вашу картину мира? Больной. Я вам завидую, честно. Ну что ж, мне пора собираться, встретимся через два часа снаружи у входа.
Я прошелся по убежищу, все, кроме безымянного, находились на кухне. Мы попрощались, говоря друг другу дежурные фразы. Я и они, мы не были близки, просто случайные знакомые, которых столкнули обстоятельства, и эти обстоятельства разъединят нас через два часа навсегда. Поэтому после пары стандартных подбадривающих слов и ритуального обнимания с похлопыванием по плечу, повисла неловкая тишина, в которой казалось, что секунды становятся длиннее, нарушая постоянство времени. Я решил, что этим людям есть о чем поговорить и без меня в последние два часа бодрствования, и удалился.
Я вышел на улицу и пришел на ту самую пристань. На той же бочке, что и вчера, сидел безымянный. Я подошел и сел рядом.
– Чего не с остальными?
– О чем нам говорить?
Я молча достал сигареты и сначала предложил их безымянному.
– Нет, спасибо.
– Но они же лучше, чем твои.
– Кто это сказал? Ценник?
– Ну, просто…
– Да ладно, не переживай. Просто не обязательно, что дороже – лучше. Так же как и не обязательно, что вещь, нравящееся тебе, будет дорогой. Но, как я говорил, промывка мозгов – злая штука. Выбирая между штанами, которые стоят всего ничего, но будут удобными и дорогой рваниной, которая натирает тебе яйца, ты выберешь рванину. Это модно и так красиво. А кто так решил? Какой-то дядя, которому надо срочно продать гору рваных штанов, которые натирают яйца.
– Но ведь важно выглядеть стильно. Есть же люди, которые ходят на важные встречи, там нужно выглядеть презентабельно.
– Стильно можно выглядеть и не следуя очередному витку в моде. А то, что тебе пытаются сунуть под «Новым стилем» и «Элитными шмотками», просто вещи, которые нужно продать, как можно большему числу народа. А большим боссам на важных встречах, на самом деле, плевать, как они выглядят, важно, сколько стоит их костюм, этим они и меряются, как… ну ты понял.
– Откуда у тебя все это в голове?
– Когда у тебя на прицеле человек, мир вдруг становится честнее. Он как бы откровенно говорит тебе: «Наша жизнь мимолетна, мы и сами не знаем, когда она закончится, и как тот человек на мушке сейчас явно не думает о том, что его жизнь оборвется через секунду. Так зачем тратить время на переливание из пустого в порожнее, тратя время с бешеной скоростью на то, что этого не заслуживает». С тех пор я думаю о жизни несколько иначе. Знаешь, я тебе даже завидую.
– Что?
– Ты остаешься жить. Не тратить время, а жить. Конечно, тебе так не кажется. Но может когда-нибудь ты это поймешь.
– Пока не понимаю.
– А у меня для тебя подарок, – безымянный начал рыться в карманах разгрузки. – Держи.
– Спасибо.
Он протянул мне плеер. Обычный мп3 плеер и шнур зарядки к нему. Меня разобрало любопытство, что же слушает этот человек, и я ,вставив наушники в уши, нажал на плей. Я ожидал чего угодно, но в ушах раздалась, можно сказать, оркестровая музыка. Я несколько ошарашено посмотрел на дисплей. Надпись гласила «Mono».
– А почему не стерео? – спросил я.
– Ха-ха, – издал издевательский смешок безымянный. – Это коллектив так называется “Mono”. Там вся музыка на плеере примерно такая же.
– Неожиданно.
– А что ты ожидал, что там будет играть метал?
– Да, что-то вроде того.
– Почему?
– Ну, она тебе больше подходит!
– Кто это сказал?
– Не знаю! Что ты хочешь-то от меня?
– Я хочу, чтобы ты понял, люди, даже которые кажутся тебе примитивными, например, алкаш Володя из подворотни, гораздо более сложны, чем кажется. И не надо всех грести под одну гребенку. Ты гораздо сложнее, чем кажешься даже себе. То, что ты сделал со своей женой, как я понимаю, ты сам определяешь как жестокость. Кто-то скажет, что это просто слабость. А я скажу, что это проявление силы, способность вырваться из под власти обстоятельств – это настоящая сила.
Мы надолго замолчали. Мне нечего было сказать, тогда как он со своими убеждениями был бесконечно далек от меня.
– Знаешь где другое хранилище? – вдруг выпалил он.
– Нет, конечно. Где?
– Вверх по течению, километрах в пятидесяти.
– Так близко?
– Да. Их же строят там, где есть такие как ты. Вот там, в пятидесяти километрах, располагается старая ткацкая фабрика, в ней то и располагается хранилище, я видел на карте. Если одиночество станет невыносимым, и ты захочешь уйти, там есть человек, который не спит.
– Почему никто не сказал об этом?
– Страх. Мне плевать, я научился жит,ь и теперь мне не страшно уходить. А остальные боятся за свою жизнь, поэтому молчат.
– Тогда почему ты отправляешься спать?
– Я не так прост. Я тебе попозже что-то покажу.
И мы замолчали, безымянный открыл рот только, чтобы попросить наушник, и потом мы сидели молча, слушая музыку группы со странным названием “Mono”.
