Жёсткими движениями тру глаза, громко шмыгаю и, сглотнув тягучие слюни, продолжаю вымешивать тесто. Бегло смотрю на часы и, поставив бисквит в духовку, иду в комнату — надо выспаться, а потом в магазин.
Закрываю глаза и слышу детский смех. Подскакиваю на кровати и понимаю, что духовка вовсю пищит, похоже, я отключилась. Ещё бы, всю ночь куковала, вымоталась.
Проверив будущий торт, составляю список продуктов и потихоньку собираюсь в магазин. Голова не варит, так что лезу в интернет. Пожалуй, приготовлю халву в шоколаде, сделаю своеобразные конфетки с мягкой начинкой.
Машинально надеваю всё чёрное и иду в супермаркет. Сколько там хожу, даже не знаю. Рассматриваю полочки с продуктами, читаю составы сыров. Хотя кому теперь какое дело, чем я питаюсь? Не для кого стараться, но беру очередной ломтик в руки и, ужаснувшись количеству консервантов, откладываю его в сторону.
— Смотрю, ты стала привередой, — слышу смешок за своей спиной.
Поднимаю глаза и в зеркале за полками холодильника вижу не кого иного, как Матвея. Бывший муж стоит и улыбается. После развода я не видела его почти три месяца — раздобрел, похоже, маман кормит на убой.
— Здравствуй, — оборачиваюсь, хочу улыбнуться, но сил нет.
— Ого, да на тебе лица нет, — резко меняется в интонации. — У тебя всё хорошо?
Слышу беспокойство в его голосе, как раньше, когда я могла прийти после тяжёлого рабочего дня, уткнуться в его шею, вдохнуть запах соляры и раствориться в мягком шёпоте, предлагающем просто поваляться.
Чувствую, как слёзы наворачиваются, и прячу лицо в ладонях.
— Люд, — тут же обнимает меня Матвей, и меня прорывает по новой.
Скулю и всхлипываю как побитая собака. Не могу остановиться, а бывший не торопится выпускать из объятий — гладит по спине и шикает успокаивая.
— Что случилось, малыш? — прижимает меня сильнее, а я лишь головой мотаю в ответ, не в силах вымолвить ни слова. — Всё так плохо? Хочешь рассказать?
Мычу что-то неопределённое и снова головой мотаю. В горле такой ком застрял, чувство, будто ещё немного и горло разорвёт. Не могу нормально дышать — сотрясаюсь и сильнее вжимаюсь в грудь бывшего, но такого родного супруга.
— Давай, я тебя домой отведу, — быстро трёт мои плечи, подбадривая, — а ты мне всё расскажешь, обещаю, выслушаю и помогу, если смогу.
— Я... у меня... — мямлю, — у меня вчера выкидыш случился, — шепчу в грудь Матвея и чувствую, он дышать перестаёт.
— Э-это был мой ребёнок? — испуганно спрашивает и отстраняет меня от себя.
Мотаю головой и кривлюсь:
— Это была случайность, в баре, я знаю только его имя... — вываливаю всё и сразу.
— Ого, вау, — опешивает бывший, но ведёт меня к кассам, где я рассчитываюсь, и мы идём ко мне.
Матвей молчит, тащит пару увесистых пакетов и, кажется, абсолютно машинально идёт в сторону нашей квартиры. Да и я не решаюсь рот открыть.
Заходим домой, я прячусь в ванной, смывая слёзы. Бывший хозяйничает на кухне — чайник включает, шуршит пакетами, наверное, покупки мои достаёт.
— Это ты так меня забыть хотела или развлекалась и отмечала? — в лоб заряжает вопрос, как только я появляюсь на кухне.
— Ходила на свидание, но оно было неудачным, — хриплю и откашливаюсь, сглатывая подступающие слёзы. — Познакомилась в баре с мужчиной, а потом я перебрала, и мы у меня оказались, — сажусь на край диванчика, будто это и не моя кухня.
Смотрю на Матвея, а он смотрит на меня. Брови в изумлении задирает и губы покусывает, но на моё искреннее удивление, не торопится уходить, видимо, ждёт дальнейшего рассказа...
Глава 13
Сидим на кухне, как раньше, чай пьём. Рассказываю как есть. Мол, познакомилась с мужиком в баре, про резинку порванную и про тест на беременность тоже говорю. А потом меня снова слёзы рвут на части.
— Ну-ну, — Матвей сидится передо мной на корточки. — Перестань мокроту разводить. Сама же говоришь, врач сказала, что смогла один раз, то ещё сможешь.
— Ты не понимаешь, — прячу взгляд. — Я всем сердцем полюбила этого малыша, я уже кроватку ему, — осекаюсь, — или ей подбирала, думала, как буду свою жизнь строить, где работать, как буду вечерами играть с ребёнком. Мечта стала явью, а теперь... второй раз на такую глупость я не пойду. Это в прошлый раз мне повезло, никаких болячек не подхватила...
— Ну-у-у... — тянет, и что-то явно не клеится у Матвея мысль.
— Видишь, — смотрю прямо в глаза бывшему, заставляя его смущаться. — Тебе тоже сказать нечего. Оно и правильно. Это была случайность, дар, чудо! — повышаю голос и, всхлипнув, продолжаю. — Такой шанс даётся лишь раз в жизни. Я не настолько праведная, чтобы мне ещё раз перепала такая радость.
— А как же второй шанс?
Отвожу взгляд и медленно соображаю — про ребёнка ли сейчас Матвей?
— Каждый заслуживает вторую попытку, не думаешь?
— Может, и заслуживает, да только у меня нет сил вновь такое пережить, — бурчу. — Я не готова.
— Отпусти всё на волю случая. Как карта ляжет, — улыбается.
— Говоришь как раньше, когда мы ещё встречались, — усмехаюсь. — Выросла я, Матвей, чтобы на волю случая полагаться, — провожу рукой по его щеке, ощущая лёгкую небритость.
