Мужчина довольно лыбится, а затем умело запрыгивает на «железного коня», вынужденно обвивает мои руки вокруг свое крепкой талии, ласково шепчет:
— Держись крепче. И никогда не отпускай.
Мотоцикл ревёт, срывается с места.
Адреналин бьёт по ушам, растекаясь по всему телу, вынуждая меня сомкнуть руки в замок на его твёрдом прессе и лобком вжаться в его упругие ягодицы, обтянутые стильной джинсой.
Внутренний голос вопит:
«Плохая! Плохая, Соняяяя! Ты сумасшедшая, бесстыжая, и очень, очень плохая девочка!».
«Я знаю, — мягко отвечаю, — И мне это капец как нравится!»
***
Первая поездка на “железном коне” завершилась полным восторгом! Конечно я боялась мотоциклистов, но с Давидом мне ничто не угрожало. С ним я чувствовала себя будто на вершине могучего Эвереста — как за бронированной стеной, в абсолютной безопасности. Даже на дороге бесстрашному доминанту другие водители уступали дорогу, а прохожие девушки выворачивали шеи, когда сам «Бог Олимпа» с гордо поднятой головой проезжал мимо простых смертных шлюшек.
После десяти минут пути, мы делаем незапланированную остановку возле магазина с одеждой в торговом центре «Плаза». Такие навороченные бутики я всегда старалась обходить десятой дорогой. Мне, простой лохушке, они были не по карману. Там только одни носки стоили как весь мой недельный бюджет.
— Идём, хочу сделать тебе подарок. — Стаскивает меня с байка, ласково берёт за запястье, увлекая за собой.
Вот это да!
Хотела уже было возмутиться, но тут же вспомнила вчерашний разговор и его выражение лица, когда он бросился с кулаками на ни в чём неповинного мужичка за рулём скромненькой «Лады». Просто потому, что тот выбрал не очень удачный момент и посигналил, высказывая своё возмущение по причине резкой блокировки дороги во время движения.
Главное не отказываться. У Безжалостного сегодня такое мягкое настроение. Упаси Боже разозлить!
На примерку вещей мы потратили около часа. И, глядя на дутые пакеты, выставленные в ряд возле кассы, мне показалось, что мужчина скупил половину магазина.
Одежду для меня он выбирал сам. В разном стиле. Когда я исчезала в примерочной и снова появлялась, его глаза светились от восторга. Рваные джинсы, кожаные куртки с заклёпками, мини шорты и всевозможные майки с модными принтами — такой смелый стиль я никогда не носила. Но новый образ мне безумно понравился! У этого парня, определённо, есть вкус! И он знает толк в современной моде.
Шмотки обещали доставить сегодня вечером к нему домой. Пусть пока у него полежат мне так будет спокойней. Если мать обнаружит — без разбирательства сделает из этих недешевых тряпок тряпки для мытья полов в подъезде.
— Спасибо, Давид. — Я засмущалась, глядя на себя в зеркало.
На сегодняшние бои решила пойти в рваных джинсах, кожанке и топе с открытым пупком. А под джинсы надела чулки в крупную сетку.
Между прочим, чулки — это комплимент от приветливых продавщиц.
Интересно, каково будет выражение лица боксёра, если он вдруг снимет с меня эти навороченные ”бананы”, а под ними обнаружит нереально сексуальные чулки.
Ммм…
Думаю, взорвётся от вожделения!
Знаю, что пока рано грезить о сексе. Но мысли о том, что мы спим в одной постели абсолютно голые стали преследовать меня намного чаще.
Наверно… время пришло.
Мне девятнадцать. Имею право. Каринка вон, давно уже как кайфует, вдоволь наслаждаясь интимной жизнью. А я всё боюсь. Боли боюсь, мамы боюсь… Боюсь, что моя грудь в глазах моего первого мужчины окажется слишком мелкой, или моё тело превратится в бревно.
В общем, берегу для чего-то. И сама не знаю для чего.
Быть может, не для чего, а для кого.
Для Давида.
И я уверена в этом.
Просто хочу. Просто так решила. Что он будет моим первым.
Сердце захотело. А душа поддержала.
***
Давид неспроста подобрал мне такую одежду. Оказалось, что мои шмотки чем-то напоминают его. Здорово! У нас похожая одежда, в одном цвете, в одном стиле. Теперь мы уж точно выглядим как безумно влюблённая парочка.
Вот только… он голов на десять выше меня. Не только в длину, но и в ширину. К тому же эта разница в возрасте… Наверно подобные вещи смущает прохожих.
Если честно, я бы дала ему лет двадцать шесть. А если бы сбрил щетину — то все двадцать три. Если судить только по лицу. Потому что его тело… Оно было дьявольски горячим! Это тело принадлежало взрослому самцу-доминанту, с редкой, практически мальчишеской улыбкой. Его глаза, они кстати тоже меняли оттенок, когда Давид улыбался. Когда он находился в расслабленном, спокойном состоянии. Когда не бил никому морды, когда просто наслаждала тишиной, находясь рядом со мной, бережно сжимая мою руку, обнимая за талию, катая на байке. Его глаза становились светлее.
И да, я была первой девушкой, которую он осмелился прокатить на мотоцикле.
Так по крайней мере он мне сказал. Его «Харлей» для женщин был под запретом. А я… кажется я стала исключением. Той самой избранной, для которой боец решил нарушить строгие правила.
У меня прям гордость в жилах запульсировала, а щёки, как обычно, обожгло смущением.
Надеюсь, он сказал мне это искренне. А не солгал, чтобы произвести впечатление.
***
