В эпоху Карла Великого у истоков Западного Буга и Днестра жили дулебы; значит, они занимали Восточную Галицию; южнее их, в Буковине и в Северной Бессарабии и Молдавии, жили тиверцы. Бужане шли севернее, от З. Буга, или Бога, к Южному Бугу. В Карпатах жили, где они и ныне живут, бойки. О них говорит имп. Константин Багрянородный, указывая на их землю, откуда спустились было сербы на Балканский полуостров. Далее мы встречаем на Днестре город Галич и такой же на Дунае (Мал. Галич) Галац. Этот же Галич на Днестре имеет соотношение с племенами и родами, жившими севернее, как то уже было указано. Да и белосербы опустились из-под Литвы, из Гродненской, Минской и Волынской губерний и из еще более северных местностей и сели около боек. Из всего этого смешения выходит что-то общее славянское, поистине — Кий, Лях и Чех, которые с незапамятных времен сгруппировались на равнинах Галиции, уходили в случае нужды в горы и оседали здесь под понятным для всех эпох названием горалов, или обитателей гор, горба, хорба, хрб, хорват, каковых и помещают в Западной Галиции. Таким-то образом бело-сербов и белохробатов Константин Багрянородный находит: первых — у боек, а вторых — между нынешними Татрами и Краковом[63]. Относительно первых согласиться можно, так как путь их переселения довольно ясен, да и знаем мы уже, что сербы сидели на Лабе и Соляве, составляя частицу целого, всех сербов, имя, которое долго могли носить, и носили, много славянских племен в совокупности до Дивы (З. Двины), Днепра и Пины. Кроме того, местожительство сербов в земле бойков в действительности отстоит от Черного моря на 30 дней пути, как то говорит имп. Константин Багрянородный, а сбоку могли их тревожить печенеги, по его же указанию осевшие наконец вблизи, в Седмиградии (Секлеры). Все эти указания ясно обрисовывают положение сербов или белосербов имп. Константина Багрянородного. Зато нет никакой причины приурочивать хорват к той же Галиции, о чем, однако ж, упоминает Нестор; будто им переменно нужно было выходить по соседству с сербами, будто император Ираклий для защиты от авар мог только обратиться к закарпатским славянам. Ему было гораздо ближе найти помощь в Хорутании, у племени Хора, по соседству Баюварии, подвластной франкам, о чем говорит Константин Багрянородный. Там же к тому же времени образовалось чехо-хорутанское царство Само, которое одинаково враждебно относилось к аварам в Далмации и к баюварам, которые с Франками не давали ему покоя. Поэтому-то Ираклий и мог обратиться в 630 г. или раньше к соседу Само и просить избавить его от общего врага изгнанием авар с берегов Адриатики: и вот двинулись хорутане с гор, своего горба, имя общее, к востоку, чрез свою границу, и поселились там, где сидят и теперь хорваты, или кроаты, имя и название со славянским корнем, но с прибавкою немецкого окончания — «ват», т. е. вода, что значит хоры приморские, в отличие от хор континентальных, живших в Каринтии (Кореница), Горотанке и Крайне. К X же столетию в эпоху Багрянородного, баварцы и франки уже дошли до реки Рабы и соседили с юга с хорватами, или кроатами, которые в 800 лет постоянной независимости могли принять другой облик, нежели как вечно тревожимые и подневольные хорутане по истокам Дравы, Савы, и Эчавы[64].
К изложенному следует прибавить, что имя «Галиция» — чрезвычайно древнее имя, открываемое совершенно ясно в Геродотовых гализонах, живших по притокам Днестра. Тут же, в Карпатах, встречаются древние корконосы и карнии, все знакомые отголоски древнего славянства, которое до погрома татарского жило на западе и востоке в общении и единении. Но когда пресекся в Галиции русский дом Рюриковичей, со вступлением на престол после князя Юрия II Львовича его внука, мазовецкого князя Болеслава Тройденовича, то ее единение с родным миром прекратилось. Жестокость Болеслава послужила поводом к его изгнанию из страны, которою затем овладел в 1341 г. король польский Казимир В. С этих пор в Галиции стала развиваться католическая пропаганда; начались совращения, потом с Ягелло уния, окончившаяся уничтожением боярского рода, наводнением поляками и католиками Западной Галиции, а с XVIII ст. и немцами. Вследствие всего этого этнографический состав страны изменился; она разделилась на две части: восточную, русскую, и западную, польскую, по Сан. Князь Острожский говаривал: «Знай, ляше, что по Сан наше», — указание границы, которая и теперь удержалась.
Галиция находится в тесной связи с русскою Угорщиною, т. е. той южной полосой прикарпатской местно — сти, Угрии или Венгрии, которая ныне входит в состав Мадьярского, или Венгерского, королевства. Вся ее восточная половина находилась некогда во власти русских князей, причем граница шла при В. к. Владимире св. от Тиссы по Тепле к городу Слану, ныне Соовар, около Пряшева (Эперис)[65].
